«Калина красная». 45-я весна

Часть II


Часть I

45 вёсен и лет назад, через любовь, слёзы, радость, нервы, злобу недоброжелателей, горе и счастье свободы рождалась она – подлинно народная кинопеснь русской души, феномен отечественного кино, имя коему «Калина красная». Сегодня мы продолжаем рассказ о съёмках самого главного фильма жизни писателя, драматурга и режиссёра Василия Шукшина.

Настоящая народная актриса

...Июнь 1973 года. Киногруппа «Калины», находясь в экспедиции, погрузилась в уныние. Была получена телеграмма с отказом актрисы Веры Марецкой от роли матери главного героя фильма – вора-рецидивиста Егора Прокудина. Где же в начале лета, в Москве, на студии, когда все разъезжаются на натурные съёмки, найти свободную исполнительницу, да ещё хорошего профессионала? Знаменитую актрису собирались снять в интерьере самой настоящей избы одинокой, вполне реальной бабушки Ефимьи Ефимьевны Быстровой, что проживала в деревне Мериново Вологодской области, где проходили съёмки. Шукшин не стал долго раздумывать и уговорил сняться саму… хозяйку избы. Для съёмки одной из самых драматичных сцен фильма – исповеди матери Егора – поставили на середине улицы помост для камеры, выставили окно избы, чтобы через горницу видеть Ефимью Ефимьевну, сидящую в своей кухне-светёлке.

Оператор-постановщик Анатолий Заболоцкий с ассистентом, находясь от неё на значительном расстоянии, не мешали ей и тихонько запустили камеру (старушка думала, что они только готовятся снимать). Бабушка наговорила историю своей собственной судьбы, отвечая на вопросы Любы (Лидии Федосеевой-Шукшиной), заготовленные режиссёром. Всю сцену отсняли за один день.

Собиратели-обиратели
Уже перед отъездом киноэкспедиции оператор забежал к Ефимье Ефимьевне попрощаться. С удивлением заметил, что в её избе уже не было ни одной иконы. Хозяйка с улыбкой, как на съёмках, объяснила: «Толик, так ведь ваши забрали. Говорят, ещё снимать будут. Вот и деньги оставили». Так собиратели икон – сотрудники «Мосфильма» бессовестно обобрали добрую старую женщину. Собирательство захлестнуло мосфильмовцев. Камерваген (автобус со съёмочной аппаратурой) был забит самоварами и медной посудой. По возвращении экспедиции по студии пошёл слух: «Шукшин вывез все иконы и самовары из Белозерья». Но когда сплетники прознали, как начал накаляться Шукшин, чтобы ударить по «собирателям-обирателям» морально и даже физически, молва, как по команде, заглохла...

«Да вы что, бабоньки? Живой я...»
Роль Егора Прокудина была не просто главной, на ней держался, в сущности, весь фильм. Ближе к финальным съёмкам на натуре, что проходили в августе 1973 года близ районного центра вологодчины, городе Белозёрске, Шукшина стала очень беспокоить сцена смерти центрального героя картины: «Поверит ли зритель?». И тогда режиссёр саму драку и момент убийства решил вообще не показывать. Егор уходит с Губошлёпом (Г. Бурков) в лес. И всё. Потом сразу – смерть…

Когда снимали сцену гибели Егора, Шукшин, шатаясь, выходил из берёзовой рощи, зажимая смертельную рану в животе и оставляя кровавые пятна на белых стволах берёз, женская половина съёмочной группы, даже женщины-гримёры, сами готовившие эту «кровь», не могли сдержать слёз. «Да вы что, бабоньки? Живой же я...», – успокаивал после съёмки Шукшин. Пришлось женщин отпаивать валерьянкой. Настолько всё происходящее перед ними было далеко от «игры» и казалось реальным.

Когда каскадёр не надёжен
Финальную сцену справедливого возмездия – гибели банды Губошлёпа «Месть на пароме» готовили долго. В Белозёрск несколько раз приезжал знаменитый каскадёр Корзун – примерялся. Были надежды переплюнуть Голливуд. Задумывалась сцена так: на узкой насыпи причала стоит такси, в машине – манекены бандитов. Съёмочная группа с камерой на пароме посередине реки. На бешеной скорости самосвал ударяет такси, а сам повисает на припаромке-причале.

21 августа собралось множество зевак-зрителей. Спасателей одних – два катера. Взвилась в небо сигнальная ракета. Включились камеры (снимали три одновременно). Однако Корзун при подходе к такси вдруг сбросил скорость и, «клюнув» машину, отправил её в воду. Каскадёр попросил ещё дубль, но вновь спасовал перед опасным трюком. Потом ещё раз. В результате съёмки эффектного кадра провалились напрочь.

Трюкач-любитель и риск …без катастрофы
Вечером того же дня Шукшин позвонил на «Мосфильм» и добился повторных съёмок. «Крутого» Корзуна заменил таксист (он же гонщик-любитель) из Череповца. Он предложил снять дверь в кабине самосвала со стороны водителя, чтобы выпрыгнуть на мешки с соломой, положенные у насыпи, до удара в такси. Начали снимать. Грузовик понёсся вместо 40 безопасных км/час на всех 80-ти. Пыль столбом. Водитель выпрыгнул (это вырежется на монтаже)... А дальше самосвал вдруг начал стремительно цеплять ограничительные бетонные столбики и, не дойдя до такси, подпрыгнув вверх, упал в воду рядом с паромом. Камеру с оператором и всей группой окатило с головы до ног. Крики ужаса зевак и съёмочной группы. И вдруг – тишина. Такси с муляжами бандитов на месте! Самосвал чуть виден из воды. Через минуту трюкача-любителя уже несли к «скорой помощи» – ноги переломал. Гнал, чтобы оправдать доверие – проскочил мешки, прыгал уже на насыпь. Зрелища опять не получилось. По-быстрому сняли брата Любы – Ивана, выныривающего из кабины самосвала, и это был самый убедительный кадр из всего материала катастрофы.

Оператор должен петь
Вернувшись в конце августа в Москву, используя летнее затишье на «Мосфильме» (время отпусков и киноэкспедиций), Шукшин без паузы приступил к павильонным съёмкам, которые были завершены за два месяца и 22 дня – вместо четырёх с половиной месяцев.

Во время работы катастрофически убывала выделенная на съёмки дефицитная американская плёнка «Кодак». Режиссёру пришлось отстаивать у директора фильма дополнительные метры на съёмку эпизода «Вечеринка в доме Байкаловых», которой в сценарии поначалу было отведено совсем мало места. Этот эпизод был Шукшину крайне необходим для того, чтобы показать зрителю человеческую среду, с которой роднился главный герой фильма, бывший вор-рецидивист по кличке Горе. Со съёмкой приходилось тянуть, поскольку автор непременно хотел снять одного из операторов «Ленфильма» – Александра Саранцева, умевшего петь особым, с надрывом, голосом русские застольные песни. Дирекция и актёрский отдел негодовали: «Везти издали умеющего петь оператора из Ленинграда в столицу, когда простаивает штат артистов-профессионалов!». Но Шукшин не уступал. В конечном итоге сам оплатил проезд Саранцева. А тот не подвёл и так сочно, с пьяным надрывом исполнил свою коронную народную «О Руси любимой», что зрители и поныне считают её специально написанной для «Калины красной».

«Не выпелась песня…»
Кстати, о песне, которой отводилась самая главная «роль» в фильме. Шукшин в самом начале работы над картиной планировал, что народную «Калину красную» в одной из сцен будет петь Егор. Однако в музыкальной редакции «Мосфильма» заявили, что песня эта обработана композитором Фельцманом, и ему нужно платить большие «авторские» как композитору. Финансы картины были уже исчерпаны (как и собственные карманы режиссёра). Так что Шукшину пришлось от пения отказаться, а в картине главный её герой смог лишь горько сказать: «Эх, не выпелась песня…».

Враги «Калины» и генсек-спаситель
В октябре начался монтаж фильма. В руках режиссёра был огромный по объёму материал. Одно время Шукшин даже склонялся к мысли, что надо «пробивать» две серии. Но затем от этой идеи отказался. Пришлось идти на значительные сокращения материала. Но как ни торопился режиссёр, сдать картину в положенный срок не успел. В январе 1974 года он переозвучил фильм, внёс последние поправки. Против уже готовой «Калины» крайне резко выступили знаменитые киномэтры-режиссёры: Юткевич, Райзман, Озеров, Салтыков. Чиновники Госкино потребовали таких «поправок», которые можно было сделать, только сняв фильм заново. От «полки» «Калину красную» спасло лишь то, что она случайно попала на самую главную кремлёвскую дачу. В один из выходных дней генсек ЦК КПСС, большой любитель кино Леонид Ильич Брежнев посмотрел «Калину» и заплакал от переживания к главным героям. Судьба картины была решена.

Сыше 100 миллионов!
Премьера «Калины красной» состоялась 45 лет назад в московском Доме кино. А дальше началось нечто... По официальным данным, за один только 1974 год фильм посмотрели 62,5 миллиона зрителей, что обеспечило ему первое место в прокате. Если же смотреть правде в глаза, то эта цифра изрядно занижена: в действительности за год было продано около ста миллионов билетов! «Излишки» приписывали непопулярным у зрителей картинам официозных режиссёров.

Запрещённый фильм и фанаты с «зоны»
Картина Шукшина вырывалась на экраны страны (такое сейчас просто невозможно представить) вообще без рекламы! На Украине и на Урале её даже запрещали, а всякий запрет, как известно – лучшая реклама. По телевидению «Калину» показали только через 10 лет! И всё по причине приносимой невероятно громадной прибыли отечественному кинопрокату. А в Казахстане из-за «Калины» даже случилась курьёзная история. В 1974 году в городе Аркалык заключённые должны были построить кинотеатр «Октябрь» к празднику 1 Мая. Сроки поджимали, а работа не двигалась. Тогда руководители стройки обратились к «сидельцам» с просьбой поработать круглосуточно и сдать объект в срок. Заключённые поставили только одно условие: после окончания стройки всей зоне два раза покажут «Калину красную». На том и порешили. Обе стороны свои обещания сдержали.

...С тех пор минуло 45 вёсен и лет, и мы, зрители уже иной России XXI века, по-прежнему чувствуем радость, горечь, боль и мудрость счастья простой и загадочной, противоречивой и вечно мятущейся русской души. Мы смотрим «Калину красную».

Все материалы рубрики "Синескоп"

 


Сергей Балахнин,
режиссёр, киновед

Иллюстрации автора
«Читинское обозрение»
№23 (1559) // 05.06.2019 г.



Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).