Лекарь старины

В Забайкалье появился первый аттестованный реставратор масляной живописи – Ирина Бухоголова


В городскую картинную галерею принесли работы забайкальского художника Василия Костионова: чёрные полотна со следом сапога посередине, сквозь который просвечивалось изображение. Началась тщательная реставрация. К сотрудникам галереи позже примкнула Ирина.

Реставрация – процесс кропотливый и долгий, затягивающийся порой на годы. Загрязнения снимаются слой за слоем, после каждого картину откладывают на некоторое время. Главное, говорит наш реставратор, чтобы используемый для очистки материал был инертным. «Ведь можно снять красочный слой, повредить или увлажнить. Технологии применяются различные». Эта профессия сродни профессии хирурга. Даже набор хирургических инструментов всегда на её рабочем столе, а также разнообразные кисти для очистки картин, папиросная бумага, целый набор натуральных растворителей. Среди последних есть, например, рыбий клей – штука дорогущая, редкая.

За 50 граммов рыбьего клея в Санкт-Петербурге просят 1,5 тысячи рублей, но, если, конечно, реставратор найдёт желаемую покупку. Клей сделан из пузырей рыб осетровых пород, и «лучше рыбьего клея ничего до сих пор нет в нашем деле». Самостоятельно Ирина Бухоголова начала его применять на иконе, которую ей для реставрации дал забайкальский художник-живописец Роман Михайлович Цымбало, тоже реставратор. «Он мог и сам её отреставрировать, но я попросила. Это была икона Ильи Пророка, написанная маслом не традиционно на холсте, а на дереве. Икона была в плачевном состоянии», – вспоминает Ирина.

В метр высотой икона (работа примерно конца XIX века) расположилась у неё дома, и началось штудирование специальной литературы, поэтапная реставрация. Перетягивание на новый подрамник, замена рамы, дублирование на новый холст и прочие премудрости сложного процесса. «Мне всё время помогал советами Роман Михайлович. Икону мы потом подарили Успенскому мужскому монастырю». Профессиональные советы давала и Юлия Биктимирова, кандидат филологических наук, сотрудник кафедры русского языка, занимающаяся реставрацией икон. «Именно она меня убедила: умеешь реставрировать, нравится – иди учись».

Ирина совет послушала и пошла учиться в Санкт-Петербургский институт культуры и реставрации. Преподавательский состав там был звёздным – выпускники Академии художеств, профессиональные реставраторы. Наш специалист стала впитывать науку, в это же примерно время начала работать в читинском краеведческом музее. «Во время обучения было дано полгода на аттестационную работу. Я начала трудиться над шестью картинами из вспомогательного фонда музея. Достаточно сложной была картина художника Ивана Сверкунова, который преподавал живопись, рисование в читинской художественно-промышленной школе в начале прошлого века. Картина с альбомный лист, осенний пейзаж натурный был кем-то срезан с подрамника, достаточно неплохой. Для Забайкалья картина очень ценна». Выбрать эту работу Ирину подвигло то, что картина хранилась в сложенном виде красочным слоем внутрь, «чего категорически нельзя делать». Все шесть месяцев приходилось возвращаться к картине, пока осенний пейзаж не «ожил» под руками реставратора. Именно «ожил», а не засиял новыми красками, ведь профессиональный реставратор не должен вносить в картину что-то своё (исправлять, дополнять). Это правило Ирина чтит.



Работы для аттестации были отсняты на каждом этапе реставрации, подробно расписан каждый шаг процесса. Получилась огромная папка, которую Ира направила в министерство культуры в Москву. Чуть позже её пригласили на собеседование, после которого она и получила аттестацию. Так в Забайкальском крае появился первый реставратор масляной живописи третьей квалификационной категории. Почему важен этот статус? Дело в том, что к реставрации может быть допущен человек только со специальным образованием.

К этому, кажется, Ирина шла всю жизнь. Сначала Центральная художественная школа в Чите, затем факультет художественного образования нынешнего ЗабГУ. Именно там имела честь учиться у преподавателей Н.В. Пурбуева, А.Н. Тараненко, С.М. Павлуцкого – наших художников-живописцев. Группа Ирины была первым набором на специальность, и четыре человека из неё стали членами Союза художников России, считая саму Ирину. После окончания института осталась на родной кафедре почти на десять лет в качестве преподавателя.

Теперь она с радостью спешит в музей, где любимая работа. «Мне это нравится. Отмечу, что коллекции в нашем музее очень грамотно хранятся. Это, конечно, заслуга наших хранителей – Сергея Васильева, Анастасии Машуковой, Анастасии Дубининой. Ежедневно они проводят контроль, причём очень строгий. Буквально трясутся над коллекциями. И это очень здорово», – не могла не похвалить коллег реставратор Ирина.

Теперь мы точно знаем, что масляная живопись, каких бы годов она ни была, в надёжных руках сотрудников музея.

Все материалы рубрики "Люди родного города"

 


Ольга Чеузова
Фото М. Федосеева
«Читинское обозрение»
№37 (1573) // 11.09.2019 г.



Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).