Что после нас останется?

«Вот и оставим мы свой след на земле»…


Каждое лето я проводила школьные каникулы у дедушки и бабушки в подмосковной деревне. 

С годами всё чаще мне стал вспоминаться один чуднОй и чУдный дедок, Корней Васильевич. Он приезжал из Москвы на лето с двумя своими внуками, Тимошкой и Алёшей, и жил с ними до осени.

Тимошка был старший, лет шести человек, а Алёше было пять лет. Но по рассудочности Алёша казался старшим братом Тимошки, а не наоборот. В последний год моих летних каникул в Подмосковье — это был 1961-й — Тимошка собирался в первый класс.

В тот год Корней Васильевич придумал невиданное для деревни дело. Он привозил из леса маленькие дубки, подросшие под родительскими деревьями, и перевозил их к первым домам села. А потом по прямой, вымеренной им до сантиметра, высаживал по одной и другой стороне дороги, ведущей из села в лес. Я долго ходила по пятам за мальчишками и их дедом. Наконец, Корней Васильевич обратил на меня свой строгий взор: «Интересно?». «Да! — выдохнула я. — Можно мне с вами?». «Ну, а почему нельзя? — усмехнулся Корней. — Нам помощники нужны!».

Мы работали с семи утра до двенадцати дня. Потом занимались, кому что было интересно: плавали по деревенскому пруду на самодельном плоту, рвали кувшинки, кормили лошадей, валялись на свежескошенной траве и смотрели в бездонное синее небо… Однажды, вечером, сидя у дома на лавочке, Алёша спросил: «Дедушка, а зачем она, эта аллея дубовая? Деревенские смеются, мол, твоему деду делать нечего, ерундой мается, и вам покоя не даёт! Я сказал, что нам это нравится»…

Корней Васильевич откашлялся и проговорил, тихо и оттого особенно впечатляюще: «Алёша, я — бывший военный моряк. И я очень хочу, чтобы и я, и близкие, любимые мои люди были на земле хозяевами, а не случайно проходящей по земле шпаной. Посмотри, как запакощен лес! Везде мусор, свалки какие-то. А лес — это святое для нас место должно быть, понимаешь? Пройдёт время, меня уж не будет на земле, а ты, старенький, будешь идти за ручку со своими маленькими внуками по нашей Аллее и рассказывать им: «Это мой дедушка посадил, и мой братишка вместе со мной ему помогал».

Десять лет назад, по случаю, я приехала в деревню своего детства. Среди старух, сидящих на лавочках у домов, я увидела свою бывшую подружку Люську Тюфаеву, пасущую двух своих внучек; других девчонок, которым в ту пору уже было по 60-70 лет. Мы обнялись с Люськой — Людмилой Владимировной, поговорили о былом…

И я вспомнила Корнея Васильевича. Людмила взгрустнула. Умер он. Дед с двумя мальцами — Алёша. Корнеев внук со своими внуками! — Ну, а брат его где?

— Тимоха-то? Да прожил жизнь непонятно как. Женился, разводился. В итоге потерял квартиру, стал бомжевать. Алёша взял его к себе. Только условие поставил: «Никакого пьянства!». Вот приезжают с внуками по весне, живут до осени»…

И вспомнились слова деда — Корнея: «Вот и оставим мы свой след на земле»…

Её в деревне, правда, так и зовут: «Корнеева роща». Дай бог, чтобы у каждого из нас была своя рощица, свои просто принесённые из леса, выпестованные деревья и цветы, спасённые птахи. Кошки и собаки. И, главное, ощущение: «Это моя земля! Это мой лес! Мои потомки! Моя жизнь».

Все материалы рубрики "Разговор по душам"

 


Елена Стефанович
Фото: pixabay.com

«Читинское обозрение»
№36 (1624) // 02.09.2020 г.



Вернуться на главную страницу

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).