Судьбы её простое полотно…

В свои 95 лет Мария Петровна Шишкина сохранила крепкую память и удивительный оптимизм


Труженик тыла Мария Петровна Шишкина со счастливой улыбкой встречает нас в светлой, просторной прихожей. В свои 95 лет она сохранила крепкую память и удивительный оптимизм.

Откуда силы брались?

Вот и на вопрос о здоровье отшучивается: «Да вот, недавно о комод ударилась, шишку набила. Но это не страшно. А в молодости я однажды на ходу спрыгнула с машины, так там искры из глаз посыпались».

Поблагодарив представительниц администрации Железнодорожного района города Читы и Совета ветеранов за внимание, она вдыхает аромат цветов и начинает повествование о жизни.

Мария Шишкина родилась 27 февраля 1925 года в селе Бобровка Новосибирской области. Родители вели хозяйство. А потом умерла мама, отец женился во второй раз, семья переехала в Читу. Девочка к тому времени окончила два класса, но продолжать учёбу не захотела. «Так и живу неграмотной», – смеётся Мария Петровна.

В Чите поселились в бараке с протекающей крышей. Лишь спустя два года удалось приобрести нормальное жильё. Отец трудился, обжигал кирпич на заводе. В начале войны Маша пошла работать в овощехранилище, где вместе с другими девчонками перебирала картошку; затем устроилась грузчиком на 207-й военный склад. Да, 16-летней девчонке пришлось выполнять работу, с которой не каждый взрослый мужчина справится. «Работа адская, тяжёлая, – соглашается рассказчица. – Посадят нас в машину и везут на хлебозавод, там сухари алма-атинские были. Нарезаны, плотно в мешки уложены по 30-ть килограммов. Загрузим в машину, привезём на склад, выгружаем. Одна подаёт, а мы несём, укладываем по порядку. Пшеницу для лошадей грузили. Мешки нагребали и по трапам – в вагон».

Страшно подумать
Поезда отправлялись на фронт. Находясь в глубоком тылу, читинцы вместе со всей страной трудились во имя Великой Победы. Когда мужчины уходили на войну, их места занимали женщины и девушки. «Была бригада мужская, так все потом ушли воевать, никто не вернулся, – делится воспоминаниями моя собеседница. – А мы так и работали. Ещё отдельно солдаты работали. Они муку грузили, всякие крупы, сахар. На склад приезжали из области, брали продукты. Кормили нас вместе с солдатами, по тарелке супа и кусочку хлеба давали».

Во время обеда проводились политинформации, но обнадеживающих вестей с фронта долго не поступало: города сдавались один за другим. А однажды девушкам сообщили о решении готовить из них снайперов. «Ой, страшно подумать! – всплескивает руками Мария Петровна, потому что основное время занимало не обучение, а дорога до полигона. – Мы ходили пешком у Долиновской улицы, сейчас это Рахова. Её надо пройти¸ а потом Ивановка. Там степь, стрельбище. И там нас учили стрелять. Снайперская винтовка тяжёлая. Мужчина один объяснял, как заряжать. «Там мишень. Стреляй», – говорит. Нажала на курок, выстрелила, в «четвёрку» попала». Возможно, из Марии и получился бы хороший стрелок, но вскоре решили отказаться от этой затеи. Всё вернулось на круги своя.

Победный май
От тяжёлых мешков ныла спина, подкашивались ноги. Казалось, ещё немного, и свалишься замертво. Потом наступил перелом в войне. В бригаде грузчиков всё чаще раздавался смех, строились планы на будущее. И вот он, победный май 45-го года! Все вокруг ликовали, плакали и смеялись, танцевали. Казалось, сам воздух, настоянный на вешних ароматах, был напоен счастьем. Постепенно жизнь входила в нормальное русло, и 20-летняя Мария решилась осуществить давнюю мечту – выучиться на швею. Она устроилась работать в швейную мастерскую в надежде набраться там опыта. Девушка старательно исполняла все поручения, прострачивала простенькие вещи. Потом ей начали давать серьёзные заказы. Поскольку рядом находился авиагородок, в мастерскую частенько заглядывали жены лётчиков. Они приносили японские кимоно и просили перешить их в модные наряды. Ткани в то время было днём с огнём не сыскать, а приодеться хотелось, поэтому в ход шли даже парашюты. Швее сначала предстояло их распороть, но прочный материал поддавался с трудом. Зато платья, сшитые из этой ткани, не знали износу. Со временем труд Марии Шишкиной оценили по достоинству и занесли её фотографию на Доску Почёта. «Даже неудобно как-то, – застенчиво произносит хозяйка квартиры. – Не подумайте, что хвастаюсь. А вот, кстати, эта фотография».



На ней - молодая темноглазая женщина, причёсанная по тогдашней моде. Мария Петровна признаётся, что ради такого случая уложила волосы. И, кажется, это единственный снимок, сделанный в ту пору. «А здесь мой муж, - продолжает рассказчица, показывая портрет мужчины. – Он был старше меня на 10 лет, всю войну прошёл». Она охотно вспоминает годы своей молодости¸ несмотря на то, что жилось трудно. Вот и из мастерской вскоре пришлось уволиться, поскольку число заказов сократилось – шить стало не из чего. Зато хватало работы на 416-м складе, где занимались починкой шинелей, гимнастёрок, галифе.

Отголоски войны
Одежда поступала после химчистки, поэтому запах в мастерской стоял тяжёлый. В тёмных пятнах угадывались следы крови раненых бойцов, во многих местах вещи были прострелены пулями. Воображение живо рисовало взрывы, грохот снарядов – отголоски недавней войны. Теперь же этим вещам предстояло дать вторую жизнь для использования их на работе в лесу, на стройке, в поле. Шить пришлось на электрической машинке, к которой Мария Шишкина приноровилась далеко не сразу. «Пальчик два раза протыкала, – признаётся она, пряча озорные искры в глазах. – Как нажала – хоп! «Ой!» – кричу. Мастер подбегает, вытаскивает: «Глядеть надо!» Палатки привезут, надо подтянуть под машинку».

Регулярно перевыполнявшая план Мария и здесь была в числе лучших, а её фотография вновь попала на Доску Почёта. Затем женщина ушла в декретный отпуск, после которого работала нянечкой в детском саду, но любимое занятие не бросила: обшивала свою семью, брала заказы на дом. До сих пор в её спальне стоит легендарная швейная машинка «Зингер». Вот так, стежок за стежком освоив когда-то премудрости портновского ремесла, Мария Шишкина вплоть до последнего времени не расставалась с иголкой. Пожалуй, всю её жизнь можно сравнить с полотном, сшитым из разных лоскутов: грубой мешковины, парашютного шелка, простенького ситца…

Судьба нашей героини мало чем отличается от судеб её ровесниц, сумевших выстоять в тяжёлых испытаниях и не утративших веру в лучшее. Трудности закалили характер, научили ценить яркие проявления жизни, будь то улыбка ребёнка или ветка черемухи. Вот и Мария Петровна – мама двоих детей, бабушка и прабабушка восклицает: «Чё же сейчас не жить-то! – И словно спохватывается, вспомнив про возраст – Господи! 95 лет!».

Но вот уже в глазах женщины снова плещутся весёлые огоньки. А мне подумалось, что во многом благодаря неунывающему характеру удалось Марии Шишкиной пережить трудности, уготованные судьбой, и продолжать с оптимизмом смотреть в новый день.

Все материалы рубрики "Великая Победа"

 


Оксана Сидоренко
Фото автора
«Читинское обозрение»
№24 (1612) // 10.06.2020 г.



Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).