Искусство памяти


Крашеные яйца, куличи, конфетки-бараночки, пшено в пакетике, а ещё – порядочная оранжерея в сумке. Искусственная. Через неделю, в Родительский день, мы принесём всё это на кладбища и будем считать, что выполнили очередной долг поминовения.

Не знаю, как вас, а меня давно и изрядно раздражают неисчислимые залежи искусственных цветов и венков на российских кладбищах. Они всюду – и в глухой забайкальской деревушке, и в Чите, и в самой столице. Ими усыпаны могилы и оградки, а пуще – безнадёжно вылинявшими, поломанными, обгорелыми – окрестности кладбищ и сами погосты. Места памяти давно превратились в глобальные свалки – бетона, камня, стекла, пластика, гордыни и похвальбы друг перед другом.

Кто первым принёс искусственные цветы на место упокоения, сказать теперь трудно, но верю, что делал он это от чистого сердца. Так и теперь – от чистого сердца – многие годы мы с вами массово разоряем кошельки в канун Родительского дня, чтобы возложить эти суррогаты красоты на родные могилы. Аргументы, что это противоречит церковным традициям, здравому смыслу, наносит урон всему живому, природе, человечеству, решительно отвергаются. «Все несут», «Принято же», «Как мы с пустыми руками», «Положено так»... Кем и куда положено? В какой книге жизни написано, что ты должен по своей воле поддаться стадному чувству, отдать часть своего дохода в покорном следовании за общепринятыми стандартами, пополнить гигантскую помойку ненатуральными цветами, венками?

Розы на могилы умерших предков возлагали ещё древние римляне. Относительно недавно археологи обнаружили следы чабреца, шалфея и в древних захоронениях (более 13 тысяч лет) на Ближнем Востоке. Но то были живые цветы. Как символ новой жизни. Теперь на кладбища с ними редко кто идёт. Дикоросов весной в наших климатических условиях не найти. Свежие, из салонов – абсолютному большинству не по карману. Зато бесперебойно больше двух десятилетий работает главная наша искусственно-цветочная фабрика – Китай. От незатейливых тюльпанчиков-гвоздик до шикарных ярчайших бутонов, венков, корзин в пластмассовом исполнении – выбирай, что кошелёк позволит. Помните, мы даже помечали одно время купленные цветы – прожигали, преднамеренно обезображивали, чтобы не покусился на них проходимец, алчущий продать их вторично?..


Два чувства 
дивно близки нам,
В них обретает сердце пищу; 
Любовь к родному пепелищу, 
Любовь к отеческим гробам.
                            ​А.С. Пушкин


Принесение любой жертвы – язычество. Цветы на могилах – одна из форм жертвоприношения. И если булочки-конфетки, оставленные на местах последнего приюта, будут либо съедены любым из живых существ (человеком, собакой, птичкой, белочкой), либо скоро обратятся в тлен, не принеся никому и ничему вреда, то искусственное безумство, охватившее нашу страну, непременно ещё аукнется. Конвейер, с которого на просторы России выходят тонны пластикового мусора, работает исправно. Ритуальные атрибуты сгорают от кладбищенских палов, при сжигании мусора. Токсины от них проникают в почву и воду. В небо летят ядовитые пары. Мы дышим ими, а потом сетуем, что «все болезни теперь из воздуха». А кто его отравляет? Фабрики-заводы, которых нет?

Все мы заложники удивительно живучих поверий – в нас кипит смесь язычества, православия, атеизма. Оставляем на кладбищах миллионы рублей, соревнуясь в роскоши могильных убранств, самоутверждаясь в своём земном статусе. Будто вымолим так прощение у тех, кто ушёл, отдадим их памяти последнюю дань, а заодно прикупим себе право на то, чтоб они «лежали спокойно, и нас не трогали». А ведь молвлено: богатством гроба не удивишь Бога. И ещё: не ищите могилу на земле – она в сердцах живых людей.

Своим рублём мы вскармливаем ритуальный бизнес. Он доходен. И весьма. Лето ли на дворе, зима ли – люди отправляются на тот свет каждодневно. В России в прошлом году преставилось больше 1,9 миллиона человек. Более 157 тысяч в месяц. Умирало по 5 тысяч в день. Забайкалье за год схоронило 13 тысяч 568 человек. Больше 1130 в месяц. Каждый день почти 40 человек. 

Мы все умрём, людей бессмертных нет... А пока живы, надо бы воспитывать это в себе: память – тоже искусство. Я не хочу, чтобы мою могилу когда-нибудь усыпали пластмассовым уродством, судьба которого – отравить всё вокруг. Было б кому прийти и просто прибраться. Подлинная память в искусственных доказательствах не нуждается.

Все материалы "От редактора"

 

Николай Черняев
Главный редактор «ЧО»
Фото Александра Сорина
«Читинское обозрение»

№15 (1343) // 15.04.2015 г.

Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Ирина Григорьевна 12:01 17.04.2015
Захламили все поля и леса этими цветами, все идет от нашего невежества. Поддерживаю автора н 100%%%
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).