Либерал, служивший диктаторам,

или последний белый защитник Читы


14 августа 1920 года газета «Забайкальская Новь» сообщила читинцам новость: «Начальник 2 Уфимской стрелковой дивизии г.м. Бангерский, согласно приказу командующего армией, с 12 августа вступил в командование войсками Читинского района». Так Рудольф Карлович Бангерский стал последним белым защитником Читы.

Создатель полков латышских стрелков
Для жителей Забайкалья он был малоизвестен, поскольку пришёл в Читу только с отступившими сюда весной того года «каппелевцами», так стали называть остатки колчаковских армий, пробившихся за Байкал.

И 15 августа «Забайкальская новь» попыталась дать хотя бы минимум информации о новом командующем. «Рудольф Карлович, генерал старого времени, — сообщала газета, — никогда ни от кого не скрывал своей преданности демократическому образу правления. Широко образованный, всесторонне сведущий в вопросах общественности, он находит, что принципы демократизма легче всего могут быть проводимы органами земского самоуправления при предоставлении им широких прав…

В то время, когда его коллеги — высшие чины командного состава по приезде в Читу охвачены были угаром будничных развлечений — посещением ресторанов, театров, устройством раутов, Р.К. выговорил для себя возможность проживания в ближайшей деревне. Жил в крестьянской избе. В свободное время от работ читал с крестьянскими детьми книжки».

Что-то было правдой, а чтото — нет. Так, например, «генералом старого времени» он не был. В русской армии латыш Рудольф Бангерский дослужился до полковника. Что касается образования, то оно было достаточно типичным для старших офицеров императорской армии (гимназия, Петербургское юнкерское пехотное училище, Николаевская академия Генерального штаба). Правда, для сына простого фермера (родился он 21 июля 1878 года в Таурупской волости Рижского уезда) это было действительно очень хорошее образование.

Служил в разных частях, участвовал в русско-японской войне 1904-1905 годов, на которой за боевые отличия досрочно получил звание поручика. Первую мировую войну встретил в звании штабс-капитана, став полковником в 1916 году.

Он был одним из тех офицеров, кто в 1915 году участвовал в формировании латышских стрелковых полков, тех самых, что потом станут опорой большевиков. Сам он командовал 2-м Рижским и 4-м Видземским латышскими стрелковыми полками, месяц даже исполнял обязанности начальника штаба Сводной Латышской стрелковой дивизии. Февраль 1917 года фермерский сын приветствовал, а вот Октябрь — нет. Может, ещё и потому, что к тому времени его перевели служить в сибирские полки. И весной 1918 года полковник развалившейся армии вслед за своей частью прибыл в Сибирь, где большевики его демобилизовали.  Может, потому, что оказался оторванным от своих латышских стрелков, он и не стал своим у большевиков, а оказался в рядах войск адмирала Колчака.

Участник «Сибирского Ледового похода»
Сторонник демократических взглядов, он стал служить сибирскому диктатору — адмиралу Александру Колчаку. Командовал 11-й и 12-й Уральскими стрелковыми дивизиями Западной армии. В феврале 1919 года адмирал присвоил ему звание генерал-майора. Участвовал в боях под Уфой, Златоустом, Челябинском и на Тоболе.

Когда фронт белых стал разваливаться, а армия адмирала покатилась на восток, то есть в ноябре 1919 года, генерал Бангерский возглавил Уфимскую группу войск. Со своими «уфимцами» он стал участником похода с боями от Омска до Читы, вошедшего в летопись белого движения под названием «Сибирский Ледяной поход». Транссибирская магистраль была занята союзниками, прежде всего, белочехами. Поэтому русские воинские части и беженцы передвигались в повозках, на лошадях и пешком.

В этом походе выжили только те офицеры и генералы, что в тот момент максимально сблизились со своими солдатами.

Таким, похоже, был и Рудольф Бангерский. Однако в Чите этот демократ стал служить другому диктатору — атаману Григорию Семёнову. После проведённой в Забайкалье реорганизации «каппелевских» войск Бангерский возглавил 2-ю Уфимскую стрелковую дивизию. Его части вместе с японцами в апреле-мае 1920 года отстояли Читу от ударов красных партизан и частей Народно-революционной армии ДВР.

Тогда у него возникли первые трения с атаманом, который в тот время проявил себя не лучшим образом.

И в интервью, опубликованном 15 августа «Забайкальской новью», он поделился и таким «откровением»: «После пасхальных событий (апрельских боёв за Читу — авт.) Р.К. не в силах был согласовать свои действия с направлением политки того времени и хотел уехать, но… как он сам высказался:

— Денег у меня не хватит на дорогу до Харбина, а потому, скрепя сердце, придётся мириться с условиями момента и служить…».

30 июня атаман Семёнов присвоил ему звание генерал-лейтенанта, что не вызвало возражений, также как и назначение его в августе командующим войсками Читинского района.

Во главе обороны Читы
«Я не состою в положении диктатора Читы, функции моих полномочий ограничены, — сказал новый начальник обороны столицы Забайкалья в ещё одном интервью «Забайкальской нови», напечатанном 21 августа. — Я, как начальник всех военных частей Читинского района, обязан охранить городское и сельское население от всякого рода эксцессов и партизанских выступлений».

Тут же он добавил: «Фактическое управление города находится в руках городского самоуправления, а областью — в руках управляющего областью, ещё не сложившего своих полномочий. Я обязан содействовать им в борьбе с преступностью, грабежами, разбоем и проч. Читу покинуть я не собираюсь. Конечно, возможен мой уход из Читы по распоряжению генерала Лохвицкого, но… пока нет оснований для такого распоряжения. Пока не будут закончены переговоры дальневосточных правительств о создании краевой власти, я уполномочен находиться в Чите».

До того, как он покинет этот город, оставался ровно месяц. 21 октября Читу заняли красные партизаны, а 22-го в город вошли части НРА ДВР. Город так никто из белых не стал защищать.

В его биографической справке, размещённой в Википедии, сказано, что после «оставления Дальне-Восточной армией Забайкалья через пустыню в Монголии добрался до Харбина (09.12.1920)». На самом деле он появился в Харбине значительно раньше.

19 декабря издававшаяся в Чите газета «ДальнеВосточная Республика» поместила статью «Семёновщина. Ген. Бангерский о причинах развала семёновской армии». Она начиналась с констатации одного факта: «Прибывший 25 ноября в Харбин после отхода армии противника в Маньчжурию Начальник 2 уфимской дивизии ген. Бангерский в разговоре с сотрудником газеты «Русский голос» высказался о состоянии и перспективах армии Семёнова».

Что же сказал командующий войсками Читинского района? «Разгром армии в Читинском районе — результат эгоистических стремлений различных группировок командного состава и даже отдельных частей. Так, отсутствие определённого приказа уфимской дивизии об оставлении Читы, ввиду безнадежности её защиты, поставило вопрос «в такой форме, что задевал самолюбие и воинскую честь дивизии». Эвакуация в последнюю минуту семёновских «высших» штабов и учреждений вызвала перегруженность железной дороги, в силу чего о спешной переброске войск для операций нечего было и думать.

Как и следовало ожидать, удар разразился со стороны ст. Урульги. «И должно признать — сказал генерал, — проведена была эта операция красными партизанами талантливо»…».

Так он предал ещё одного благоволившего к нему диктатора.

От своего диктатора к Гитлеру
В Маньчжурии Рудольф Бангерский долго не задерживался, а отправился в долгий путь на малую родину. 10 ноября 1921 года он добрался до Латвии. Здесь он стал именоваться Рудольфсом Бангерскисом. Командовал дивизией, дважды в 1920-е годы был министром обороны Латвии. А когда в 1934 году занимавший пост премьера Латвии Карлис Улманис устроил военный переворот и стал диктатором, Бангерскис вошёл в его ближайшее окружение, хотя в 1936 году и вышел в отставку.

После того, как Латвия вошла в состав СССР, Бангерский от греха подальше решил укрыться на своём хуторе, где и дождался начала Великой Отечественной войны и прихода гитлеровцев. С немцами, с которыми он воевал во время Первой мировой войны, теперь он стал активно сотрудничать. И весной 1943 года он стал генерал-инспектором Латышского легиона СС, получив звание легион-группенфюрера, а осенью того же года возглавил местную комиссию войск СС. С этого времени все карательные акции войск СС в Латвии проводились с его ведома и закреплялись его подписью. Так что в то время латышский демократ стал военным преступником. В тот год он встречался с Генрихом Гиммлером, посетившим Ригу, который высказал старому генералу благодарность.

В 1944 году он вместе с гитлеровцами бежал в Германию. В Потсдаме в 1945 году его избрали президентом Латвийского национального комитета. А дальше Бангерский по привычке в последний момент предал диктатора, которому служил. 29 апреля 1945 года он издал приказ об освобождении всех латвийских военнослужащих в Германии от присяги фюреру.

Этот акт позволил ему вскоре обзавестись новыми хозяевами. 21 июня 1945 года его арестовали англичане. Как офицера СС его должны были передать Советскому Союзу, но выдавать его не стали, а в декабре того же года освободили. Он стал жить в ФРГ, став членом созданной латышскими эсесовцами антисоветской организации «Ястребы Даугавы». Не стало его 25 февраля 1958 года, когда он погиб в автомобильной катастрофе, виновник которой так и не был установлен. До 80-летия он не дожил несколько месяцев. Объявив себя однажды демократом, он всю сознательную жизнь служил диктаторам, которых в тот или иной момент предавал.

Все материалы рубрики "Чита вчера: история, лица"

 

 

Александр Баринов
Фото из доступных
источников Интернета

«Читинское обозрение»
№42 (1630) // 14.10.2020 г.



Вернуться на главную страницу

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).