Невидимая война забайкальских чекистов

Читинские контрразведчики сделали Забайкалье непроницаемым для подрывной деятельности японских спецслужб


75 лет назад, в августе 1945 года, в результате наступления войск Забайкальского и Дальневосточного фронтов была разгромлена Квантунская армия — самая сильная группировка войск Японии. 

Однако до перехода событий в «активную фазу» свою битву без флагов вели спецслужбы. Читинские контрразведчики сделали Забайкалье непроницаемым для подрывной деятельности японских спецслужб. За многими боевыми успехами советских войск в августе 1945 года стоят победы на полях невидимых сражений.

Операция «Мечтатели»
Невидимая война забайкальских чекистов началась задолго до 1945 года, когда японская армия вышла на границы Дальнего Востока и Забайкалья, захватив в 1931 году Северо-Восточный Китай.

В то время прояпонское государство Маньчжоу-Го было, по сути, колонией Японии и плацдармом для нападения на нашу страну. Дальний Восток, не обладающий военной мощью, не смог бы противостоять миллионной Квантунской армии. Угроза нападения на нашу страну и отторжения от СССР Забайкалья и Дальнего Востока была в то время совершенно реальной. Руководство страны принимает решение — срочно укреплять эти территории, но для этого нужно было выиграть время, не допустить нападения японцев. Для нейтрализации работы разведки противника и продвижения в правящие круги Японии стратегической дезинформации о Красной Армии чекисты провели несколько масштабных, дерзких контрразведывательных операций.

У них красивые названия — «Маки», «Мираж» и «Мечтатели», но суть их проста — операция «Большой Блеф»: созданные чекистами подпольные антисоветские организации во Владивостоке, Хабаровске, Благовещенске, Чите и Иркутске были мнимыми, но в глазах противника эти организации выглядели мощными, хорошо законспирированными, с большими возможностями. Японские спецслужбы после тщательного изучения поверили в их подлинность и стали использовать в разведывательных целях.

В 1932 году читинские контрразведчики спланировали операцию «Мечтатели». В Маньчжурию был направлен связник от якобы существующей в Чите и Иркутске подпольной организации. Поскольку исполнители ролей были тщательно подобраны и хорошо подготовлены, японские разведчики после проверки поверили в её существование в Забайкалье. На роль главы местной организации в Чите «утвердили» экономиста треста «Сибзолото» Бориса Гудкова: человека обеспеченного, имеющего собственный дом и вполне способного иметь «зуб» на советскую власть. Чекисты организовали и «окно» на границе для перехода связников и агентов легендированной организации. Опасная игра с противником потребовала от читинских чекистов и их помощников, изображавших «подпольщиков», незаурядных актёрских способностей, умения вести напряжённый психологический поединок, и они убедительно сыграли свои непростые роли. В результате их оперативного мастерства была взята под контроль работа многих вражеских агентов и связников, через которых передавалась дезинформация. Благодаря налаженной легендированной агентурной сети, созданной органами госбезопасности, удалось обмануть противника. Эти контрразведывательные операции помогли решить поставленную задачу: Квантунская армия не напала на СССР в 1933-1938-х годах. За это время быстрыми темпами сформировали боеспособную группировку Красной Армии, в дальнейшем сдержавшую захватнические аппетиты Японии даже в тяжелейшие годы Великой Отечественной войны.

Разведывательная машина Японии
Ожесточённое противоборство советских и японских спецслужб продолжалось до разгрома Квантунской армии в августе 1945 года. Япония работала против СССР как с помощью японских военных миссий, свивших «гнёзда» в маньчжурских городах, так и дипломатов-разведчиков консульства Маньчжоу-Го в Чите.

Все сотрудники консульства были японцами, некоторые из слуг — китайцами. В 1943 году в консульстве было восемь чиновников-японцев, шестеро членов их семей и четверо слуг-китайцев. Жили и работали они на улице Бабушкина, в одном из самых красивых особняков города, который сейчас значится под номером 72 (ныне врачебно-физкультурный диспансер), занимались сбором разведывательной информации. Разведчики поддерживали регулярную радиосвязь с разведотделом Квантунской армии в Чаньчуне.

Консульство Маньчжоу-Го для читинских контрразведчиков было как заноза. Разведчики обладали дипломатической неприкосновенностью, задерживать их было можно только при наличии неопровержимых улик. За двенадцать лет такие случаи возникали, но ими ни разу не воспользовались — существовал строжайший запрет из Центра — не создавать прецедента для провокаций. Однако читинские чекисты противопоставили устремлениям японских шпионов комплекс контрразведывательных мер.

В 30-е годы японцы постоянно пытались «проверить на прочность» наши границы — провокации следовали одна за другой. Почти каждый день на границе гремели выстрелы. Самураи лезли на рожон или же действовали хитро, с изобретательностью: инсценировали переходы на нашу сторону китайских партизан, в составе групп — подготовленные разведчики.

В Маньчжурии, а также в районах, примыкающих к Приморью и Приамурью, противник основал разветвлённую сеть диверсионных организаций. Созданные японскими спецслужбами многочисленные японские военные миссии (ЯВМ) замыкались в своей работе непосредственно на Токио. Руководили работой разведчики, считавшиеся крупными специалистами по России. В 1940 году начальником Главной японской миссии становится генерал-майор Гэндзоо Янагита, который активизировал разведдеятельность и провёл работу по консолидации российской эмиграции. В 1943 году его сменил опытный разведчик генерал-майор Дои, а в начале 1945 года начальником Главной японской миссии стал генерал-майор Акикуса.

Вести работу по противодействию спецслужбам противника забайкальским чекистам приходилось в сложном положении, ведь многие ушли на фронт, но и в малом составе они не позволили противникам получить сведения о проводимых в прифронтовой Читинской области оборонных мероприятиях. Японская разведка сотнями засылала на нашу территорию агентов. Архивные документы свидетельствуют, что в период с 1941 по август 1945 года забайкальские пограничники, сотрудники военной контрразведки Забайкальского фронта и читинские чекисты задержали 506 нарушителей границы и выявили среди них 242 японских агента.

Границу переходили подготовленные агенты, прошедшие длительное и основательное обучение в харбинской разведшколе. Они появлялись на узловых станциях — в направлениях, где японское командование ожидало сосредоточение и развёртывание дивизии Забайкальского фронта, интересовались перевозкой войск. У арестованных читинскими чекистами Батенева и Черепанова были изъяты оружие, радиопередатчик, шифры, советские деньги и документы. Шпионы сознались, что прошли подготовку в харбинской ЯВМ, где учились ведению разведки, изучали советский быт, административное деление СССР и Дальнего Востока, регулярно читали советские газеты и журналы, изучали историю ВКП(б). Особое внимание уделялось диверсионной подготовке и обращению с различными видами оружия и взрывчатки. Создать резидентуру из завербованных местных жителей и военнослужащих — такое задание дали им японцы.

Погибли при исполнении
Разведчики разведуправления Забайкальского и Дальневосточного фронтов, Управления НКГБ Дальнего Востока Забайкалья хорошо изучили театр военных действий. По крупицам, в острой схватке с японскими спецслужбами, контрразведчики собирали данные о Квантунской армии.

Дорогой ценой давалась эта работа, и судьбы десятков разведчиков — это наиболее драматичные и героические страницы истории противоборства забайкальских и японских спецслужб. Лишь после войны выяснилась судьба группы разведчиков Петра Виноходова. В сентябре 1945 года сотрудник УНКГБ по Читинской области Дымбрыл Жалсараев занимался в Хайларе выяснением судеб пропавших без вести разведчиков: работал с трофейными архивами, внимательно рассматривал надписи на стенах в тюремных камерах в поисках знакомых имён. На стене одной из камер тюрьмы в Хайларе он обнаружил надпись, выцарапанную гвоздём: «Завтра суд. Погибаем за правое дело. Виноходов, Кравченко, Ван». В результате изучения архивов японской военной миссии были найдены документы о захвате группы в районе города Бухэду и казни её участников весной 1945 года. Так стало известно, как стойко держались и героически погибли читинские разведчики, которые ушли на задание в октябре 1944 года. Вот их имена: Петр Александрович Виноходов (руководитель группы, 22 года), Филипп Михайлович Кравченко и китайский коммунист Ван Баолинь (обоим по 28 лет).

Архивные документы свидетельствуют, что японские контрразведчики изучали всех троих для перевербовки, для этого доставили их в Хайларскую военную миссию и жестоко допрашивали. Всех троих расстреляли 5 апреля 1945 года.

За годы войны погибли, выполняя опасную работу, более ста разведчиков из забайкальских органов безопасности. Но благодаря собранной ими информации в августе 1945 года советские войска в боях с Квантунской армией уверенно наносили удары, обходя укрепрайоны, что значительно снизило наши потери.

Крах шпионской работы
Благодаря умелым и хорошо спланированным действиям забайкальских и дальневосточных контрразведчиков слаженный механизм японских спецслужб в 30-х—начале 40-х годов прошлого века сработал фактически вхолостую, терпя одно поражение за другим.

В 30-е годы японцы поверили в созданную чекистами иллюзию военной мощи и превосходства Красной Армии и не решились напасть на СССР. В начале 40-х годов для них, а значит и для их союзника — гитлеровской Германии, осталась тайной скрытная переброска дивизий с Дальнего Востока и Забайкалья под Москву и Сталинград, где в решающие моменты свежие силы вводились в бой с немецкой армией.

В 1945 году огромную массу советских войск перебросили теперь уже на Восток — и опять японская разведка не заметила истинные размеры концентрации наших войск и дезинформировала своё командование, занизив почти втрое количество советских дивизий на Дальнем Востоке и в Забайкалье, а также допустила ошибку в определении сроков вступления в войну. Конечно же, скрыть полностью большое количество танков, самолётов и артиллерии было невозможно, но японской разведке так и не удалось установить количество сил, сосредоточенных к концу войны с Германией на Дальнем Востоке и в Забайкалье.

В ходе стремительных наступлений советских войск почти все японские военные миссии были захвачены оперативными группами контрразведки «Смерш», большинство сотрудников пленено. Когда они воочию познакомились со своими «коллегами» из советских органов безопасности, в тишине кабинетов в ходе допросов многие из японцев не смогли скрыть изумление, узнав о степени осведомлённости чекистов.

Так была поставлена точка в многолетней шпионской работе против нашей страны.

Все материалы рубрики "Страницы истории"

 


Пресс-служба УФСБ России
по Забайкальскому краю

«Читинское обозрение»
№39 (1627) // 23.09.2020 г.



Вернуться на главную страницу

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).