«Операция «Ы»…»

Часть II


Часть I

Продолжаем процесс расследования появления одной из самых знаменитых операций отечественного кинематографа под кодовым грифом «Ы» и не только. Ответственность за «Операцию» успешно несёт уже 53-й год подряд главный офицер-суперкомедиограф СССР Леонид Гайдай.

Химическая милиция
Съёмки фильма «Несерьёзные истории» начались 27 июля 1964 года. В тот день на территории «Мосфильма» снимали эпизод «Во дворе милиции» с участием массовки (она изображала тунеядцев-алкоголиков) и двух актёров – Алексея Смирнова (верзила Федя) и Владимира Басова (милиционер). Интересно, что здание милиции изображала одна из химических лабораторий студии, где проявляли плёнку. После чего 30 июля группа перебазировалась на одну из строительных площадок в Свиблово (а вовсе не в Черёмушки, как в фильме), чтобы начать съёмку эпизодов «На стройке». Последующие август и сентябрь группа работала в крайне нервном режиме. Подводили киношников то погода, то техника, то бракованная плёнка.

Дождик, стройка и Шурик горящий
16 октября «летние» съёмки всё ещё продолжались в Москве. В этот день снимали очень «мокрый» и одновременно самый первый эпизод фильма – «Шурик под проливным дождём на автобусной остановке». Дальше в столице снимать лето было уже невозможно.

Выбор пал на Одессу. Hо и там группу продолжал преследовать злой рок: назначенная на первый день съёмка была отменена из-за внезапной болезни Демьяненко. Простой длился целую неделю. А когда Шурик поправился, в Одессе в разгар бархатного сезона полило как из ведра. Снимали в редких перерывах, когда проглядывало солнце.

Надо заметить, что треть сцен новеллы «Напарник» снята в Одессе – на стройке района «Черёмушки».

На съёмочной площадке было жарко, порой даже обжигающе – в эпизоде, где Шурик угодил в битум. Этот битум из-за чьей-то неосторожности загорелся, и начался самый настоящий пожар. На Демьяненко едва не загорелась одежда. Огонь тушили и строители, и киношники...

Шурик, любовь и табуретка
В Одессе же снимали и основную часть второй новеллы «Наваждение». Изображать на экране студенческую влюблённость молодым Демьяненко и Селезнёвой было несложно. Проблема была в том, что подруга у студента Шурика оказалась выше его на десять сантиметров. Во время съёмок некоторых сцен Демьяненко приходилось подставлять табуретку, чтобы быть в кадре одного роста со своей Лидой.

Как пёс «плечами пожимал»
Импровизируя прямо на съёмочной площадке, Гайдай придумал известный трюк с удивлённым псом-боксёром. Помните, Лида и Шурик, увлечённые конспектом, проходят мимо злобно ворчащего, а затем лающего пса? Боксёр ложится и удивлённо «пожимает плечами».

Снимали «мимику» собаки следующим образом: боксёра показывали крупным планом. Режиссёр ложился под пса, держал его передние лапы и в нужный момент их поднимал вверх, отчего на боксёрской морде появлялись естественные складки, и сердитая животина «удивлялась».

«Ы», нафталин и мышь-актриса
Съёмки третьей – самой главной – новеллы подгадали к декабрю, чтобы уже лёг снег. Но и там погода подложила киношникам свинью – в небе ни облачка, на улицах ни снежинки. Пригнали далеко из-за города 12 самосвалов со снегом, только собрались снимать, как он тут же растаял. Пришлось заменять его ватой, нафталином, что в кадре выглядит абсолютно убедительным и по сей день. Чтобы снежно-нафталиново-ватный реквизит не разнесло ветром, снимать начали с конца – со сцены, когда старушка Божий одуванчик застаёт на складе четверых спящих мужиков + мышку, которая прибыла на съёмки со своим дрессировщиком Князевым. Кстати, мышку больше всего ругали на худсовете и хотели вырезать её из картины, но режиссёр серую актрису отстоял.

12 января 1965 года состоялось заседание худсовета 2-го объединения, на котором был просмотрен отснятый материал. На этом заседании Иван Пырьев предложил поменять название фильма «Несерьёзные истории» на «Операцию «Ы» и другие приключения Шурика», что и было сделано при всеобщем одобрении.

Тайна хита «Постой, паровоз...»
В павильоне «Мосфильма» №13 снимали эпизод «Логово троицы», где Вицин тренировался на кошках, Моргунов молотил боксёрскую грушу, а Никулин пел «Постой, паровоз», ставшую народным хитом.

До сих пор идут споры о том, кто же её написал. Согласно общепринятой версии, автор «хита» – Николай Ивановский, 1928 года рождения, с образованием 7 классов, вор-рецидивист, член Союза писателей. «Паровоз» он написал в 18 лет в лагере в Карелии. В детскую колонию в первый раз попал за то, что был карманником. Во время войны начал воровать, чтобы не умереть с голоду. Всего провёл на зоне девять лет. Для авторитета писал блатные песни – другие там не признавались, а тайком для себя сочинял стихи про родной Ленинград. Освободился, устроился на «Ленфильм». На киношных посиделках пел, и песня стала застольной. А потом её выдал Юрий Никулин с экрана.

Укушение Балбеса
Во время съёмок нередко приходилось импровизировать. Занимался этим не только режиссёр, но и сами актёры. Как известно, в эпизоде погони на складе Балбес натыкается на скелет. Было снято восемь вариантов сцены. Во время одного из дублей Никулин решил попридуриваться – взял и сунул палец между открытыми челюстями (что не было предусмотрено сценарием), а те вдруг щёлкнули и хватанули актёра за палец – Никулин беззвучно заорал от «ужаса». Вся съёмочная группа легла от смеха. На счастье режиссёра, камеру оператор не выключил (совершенно по чистой случайности), и она засняла этот никулинский прикол, который затем полностью вошёл в фильм.

«Ленинское» и «ненормативное»
Кроме импровизаций Гайдай иногда заимствовал сцены-диалоги из серьёзных фильмов. Скажем, сцена торга директора базы тов. Петухова с троицей жуликов («Вы нас не знаете, и мы вас не знаем», «Ваши условия?», предложение 330 вместо 300) скопирована с такой же сцены торга, но коменданта московского Кремля с контрреволюционером из фильма «Ленин в 1918 году» (реж. М. Ромм, 1939).

Любопытен и «эксперимент» Гайдая, когда герой новеллы «Напарник» впервые за всю историю советского кино использовал ненормативное выражение, прозвучавшее с большого экрана. «Приятного аппетита!» – желает «повар» голодному верзиле – 15-суточнику. Федя, набив рот вкусной сайкой, вполне даже разборчиво и раздражённо-вежливо отвечает: «Иди ты на...». Как пропустила цензура – загадка.

Четыре в одном
В начале апреля группа перебралась в Ялту, где была снята последняя сцена «Шурик и Лида после экзаменов идут по улице».

Итак, весь фильм был снят в четырёх городах: Москве, Ленинграде, Одессе, Ялте и чудом монтажа соединён в один.

Федя Кастро и «голизна»
Картина вышла на экраны страны в середине августа 1965 года. В кинотеатрах стоял ажиотаж. Недовольны остались только цензоры нового шедевра – Смирнов слишком обаятельный, нельзя так играть хулигана, а Шурик слишком жесток, когда бьёт его по заднице розгами. Потом оказалось, что в советских верхах Федей называли Фиделя Кастро, и, когда Шурик говорит: «Надо, Федя, надо!», получается, что «экзекуции подвергается сам лидер Кубы»!

Ещё авторам «Операции «Ы» заявили, что они нарочно выбрали такие захламлённые стройки, где жуткий бардак. Посмотрев лирическую новеллу, кто-то пустил формулировку «голизна» – из-за Натальи Селезнёвой в купальнике. Говорили, что в жизни так не бывает – ложиться на диван не разбери с кем. А в последней сцене один редактор заявил: мол, что же это получается, с расхитителями социалистической собственности справляется не милиция, не Шурик, а обычная бабуля?!

Время расставило все точки над «i» – сегодня над «Операцией» продолжают хохотать новые поколения, и смех этот по-прежнему чрезвычайно заразителен. Как и 48 лет назад.

Все материалы рубрики "Синескоп"


 

Сергей Балахнин,
режиссёр, киновед

Иллюстрации автора
«Читинское обозрение»
№3 (1487) // 17.01.2018 г.


Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).