Начальники Чукотки

Революция, вестерн, истерн, "индейцы", "шерифы"… Часть I


Снимать кино на заказ... По вполне понятным причинам считается, что создать настоящее произведение искусства или даже шедевр по чьему-либо указанию или за денежное вознаграждение невозможно. Чаще всего это именно так. Но случаются и счастливые исключения. Сегодня мы поговорим об одном из них, созданном 50 лет назад для того, чтобы послужить в качестве «единовременного подарка» для празднования другого полувекового юбилея. Никто не предполагал, что этот «единовременный подарок» легко переживёт и сам юбилей, и своё «время», и великую державу. Сегодня отправляемся сквозь мороз, снега, льды, приключения, революцию и юмор на Чукотку... к её Начальнику!

Вестерн, истерн и либералы
В детстве, как и многие мальчишки СССР, я увлекался вестернами. Что такое «вестерн», мы не знали, а называли такой жанр просто – «кино про индейцев и ковбоев». Пересматривали бессчётное количество раз фильмы с Гойко Митичем, Маккеной – Грегори Пеком и т.д. Была и «странная» любовь к двум картинам отечественного производства. Первая – с «шерифом» Суховым, его помощниками-«ковбоями» Петрухой с Саидом да Верещагиным и «ковбоями»-бандитами во главе с Саидом. Вторая, ещё более «странная» «индейско-ковбойская», где действие происходит на крайнем Севере, с двумя «шерифами» – старым мистером Храмовым, молодым – Бычковым (согласно мандату – А. Глазковым), бандитами – «ковбоями»-контрабандистами и северными «индейцами» – чукчами... «Белое солнце пустыни» и «Начальник Чукотки». Советские пацаны, мы любили эти фильмы. А ещё второй фильм был и смешным. В то время мы и не догадывались, что у этих шедевров советского кино был свой, хотя больше используемый в кулуарах, жанр – «истерн». В отличие от «вестерна» (west – англ. «запад») их действие происходило на востоке (east – англ. «восток»). 

Ныне существует такая тенденция у ряда сторонников демократии и либерализма – поливать грязью многое, что было создано в СССР, в том числе и в его кинематографе. Обвинять его в тенденциозности, прославлении «тирании коммунистического строя», в пропаганде, в тотальной цензуре на экране, запрещении «свободного» творчества... Вопрос к антисоветчикам: каким образом советский «истерн», да ещё связанный напрямую с темой революции, «Начальник Чукотки», мог оказаться ещё и комедией? Революционная борьба и комедия! Кощунство! Как такое пропустила злобная коммунистическая цензура? Ну-ну, думайте, думайте... А мы начнём историю о том, как появилась одна из легенд отечественного кино.

Документалист и революционный аврал «Ленфильма»
1965 год. В столице Красного Октября, городе Ленинграде, на второй по величине и значимости в СССР киностудии «Ленфильм» начинался творческий «аврал» – приближалась большая праздничная круглая дата – 50-я годовщина Великой Октябрьской революции. Министерство культуры спустило ленфильмовцам заказ на целый ряд картин соответствующей тематики. Работа закипела... 

Незадолго до Нового, 1966-го, года недавно пришедший на «Ленфильм» режиссёр-документалист Виталий Мельников (в будущем известный автор популярных лент «Семь невест ефрейтора Збруева», 1970; «Здравствуй и прощай», 1972; «Старший сын», 1975; «Женитьба», 1977 и др.) встретился с окончившим сценарный факультет (специализация – документальное кино) вгиковским приятелем Виктором Рабиновичем. Чтобы завоевать право на постановку полнометражного игрового (художественного) фильма, Мельников решил воспользоваться моментом – «революционным» авралом на студии – и подыскать что-нибудь «этакое оригинальное» и далее, также по-революционному – вперёд, к победе! В этом деле соратник-сценарист был кстати.

Шикарно-авантюрная идейка
«Есть тут у меня одна шикарная, авантюрная идейка...» – Рабинович показал режиссёру старую газетную заметку про некоего комиссара Алексея Бычкова, который в начале 20-х годов первым догадался собирать на Чукотке пошлину с американских коммерсантов, скупающих пушнину. Собрав шести-значную сумму в «зелёных», он из-за белых был вынужден бежать на Аляску. Затем добрался до Калифорнии и вернулся в Советскую Россию, где сдал валюту властям. «Так это же готовая основа сюжета!» – воскликнул Мельников: «Делаем кино!». «Замётано! Только вот что, один сценарий я не потяну, – признался Рабинович. – И вдвоём не потянем... Мы же оба документалисты. Опыта у нас в «игровиках» маловато...». Пара творцов обратилась к начинающему драматургу Владимиру Валуцкому, окончившему пару лет назад сценарный факультет ВГИКа по специализации «Игровое кино»: мол, третьим в революционном киноделе будешь?

Госзаказ и чукотско-таможенно-еврейский «анекдот»
В середине февраля 1966-го сценарий с оригинальным, невиданным революционно-авантюрным сюжетом «Начальник Чукотки», битком набитый приключениями, стрельбой, северной и североамериканской капиталистической экзотикой и даже комическими сценами, принимал худсовет «Ленфильма». И что интересно, был рекомендован к постановке. Прочёл сценарий и директор «Ленфильма» Илья Николаевич Киселёв. То хмурился, то качал головой, то хохотал до слёз. «Ну, балбесы, вы и накрутили в фильме посвящённом юбилею Октября, – перевёл дыхание от смеха директор. – Это ж не картина, а сплошной анекдот... Да ещё и один из авторов – Рабинович...». И следом заговорщицки добавил: «Я, конечно, не антисемит, но лучше возьмите псевдоним...». Так сценарист Виктор Рабинович превратился в сценариста Виктора Викторова, а сам будущий фильм был официально «заказан» государством.

Чукчи-«индейцы», америкос и старый «шериф»
В конце февраля режиссёр Виталий Мельников взялся за отбор актёров. В фильме было более трёх десятков второстепенных и эпизодических персонажей (чукчи, американцы, русские, японцы, англичане, негры, беспризорники и собаки), из них двое главных – «пушной» предприниматель, чукче-обиратель «америкос» мистер Стенсон и помощник начальника Чукотки, молодой чукча Вуквутагин, он же Вовка. Воплощать этих персонажей на экране было поручено актёрам Николаю Волкову-старшему и Геннадию Данзанову. Оставались центральные герои – коллежский регистратор, он же таможенник (и старый «шериф»), Тимофей Иванович Храмов и сам начальник Чукотки Алексей Михайлович Бычков (А. Глазков согласно мандату). С Храмовым проблем не оказалось. Алексею Грибову так понравился сценарий, что звезда советского кино с ходу стала импровизировать, произнося на разные тона фразы своего персонажа: «М-ммилльйон!», «Ре... ревОльвер, говорю, на меня наставлял...!», «Мистер Стенсон, Христом Богом прошу, дайте политического убежища!» (фраза Храмова в сцене, где он прячется в гальюне американского судна) и т.д. Грибов был утверждён с первой же пробы.

Революционный Иванушка-дурачок
Массу головной боли Мельникову принёс комиссар Бычков. На пробы выстроилась очередь артистов, игравших революционеров-героев или одержимых комиссаров. Но образ начальника Чукотки казался режиссёру нестандартным. Мельников остановил выбор на Семёне Морозове, что засветился в 1962 году в главной роли в комедии другого режиссёра-дебютанта Ролана Быков «Семь нянек». Но парень учился на втором курсе ВГИКа, и педагоги не разрешили ему сниматься. 

Тогда Мельников решил исполнить свою мечту, которую вынашивал со времени написания сценария, – пригласить на роль начальника Чукотки Михаила Кононова, которого пару лет назад видел в фильме «До свидания, мальчики!». Однако худсовету «Ленфильма» Кононов не нравился – комиссар должен быть мужественным, строгим, серьёзным, а тут получался какой-то добрый революционный Иванушка-дурачок. «Я вовсе не собирался выставлять комиссара в роли дурачка, – вспоминает Мельников. – Просто я видел его наивным человеком, который воспринимает расхожие истины буквально. А если к жизни относиться очень серьёзно, это выглядит, по меньшей мере, смешно...». Из-за кандидатуры Кононова на студии начались споры. И тут режиссёр пошёл на «коварство» – начал затягивать решение с выбором актёра. И когда тянуть дольше было нельзя: в картину на подготовительном этапе уже были вложены финансы, худсовет разрешил Мельникову творить всё, что угодно, лишь бы он не срывал план съёмок... Во второй половине апреля 1966 режиссёр Мельников сотоварищи, снабдившись аппаратурой и тёплой одеждой, отправились на Чукотку... Тройную! 

Продолжение истории появления легендарного «чукотского» «истерна» Виктора Мельникова – в следующей встрече.

Все материалы рубрики "Синескоп"

 


Сергей Балахнин,
режиссёр, киновед
Иллюстрации автора

«Читинское обозрение»
№7 (1387) // 17.02.2016 г.


Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).