Один из «огненного экипажа»

Его именем названы улицы и школы в Чите, Приаргунске и Петербурге



До войны в забое Черновской шахты имени Ленина работал широкоплечий, коренастый парень с выразительным, немного скуластым лицом и глубоко посаженными умными глазами. Звали его Назар Губин – будущий Герой Советского Союза.

В шахту Назар пришёл работать с ПВРЗ, куда был направлен после окончания школы фабрично-заводского обучения. Родители жили в селе Зоргол Приаргунского района. Поэтому молодой шахтёр поселился у дальних родственников, вместе с друзьями-товарищами занимался спортом, участвовал в комсомольской жизни.

В октябре 1939 года Читинский горвоенкомат призвал Назара в армию. Поначалу рядовой красноармеец служил в пехоте. В те годы молодёжь грезила самолётами. Прославленные имена знаменитых лётчиков Чкалова, Байдукова, Белякова будоражили воображение юношей. В служебной характеристике Назара отмечалась его тяга к машинам.

Вскоре его рекомендовали в школу младших авиационных специалистов. По окончании выпускников отправляли в наземную службу авиационных эскадрилий. Так он попал в 125-й бомбардировочный авиационный полк, который дислоцировался в Белоруссии.

В авиачасти Назар выполнял обязанность оружейника. Чистил и снаряжал пулемёты, подвешивал бомбы. Но в свободное время изучал радиостанцию, осваивал специальность радиста. Боевые друзья были уверены: если оружие проверял и готовил сержант Губин, оно не подведёт. На эту работу подбирались ответственные, серьёзные, знающие своё дело ребята. Малейшая оплошность на земле могла привести к гибели самолёта и лётчиков в воздухе.

А ему очень хотелось в составе экипажа подниматься в небо. Не раз просил руководство перевести стрелком-радистом в экипаж. В своём рапорте на имя командира полка писал: «Заверяю вас, что у меня хватит силы воли в любую трудную минуту отразить атаки врага. Буду драться до тех пор, пока бьётся моё комсомольское сердце. А если понадобится, отдам жизнь за любимую Родину!».

И командиры сошлись на том, что Губина пора перевести на бомбардировщик. Боевой вылет – это атаки вражеских истребителей, огонь зенитной артиллерии, возможность остаться живым минимальна. Но сержант упорно стремился в небо.

Когда стрелок-радист одного из экипажей по ранению попал в госпиталь, Назар занял его место на пикирующем бомбардировщике ПЕ-2 в экипаже младшего лейтенанта Ивана Черных. В первом же вылете грамотно и метко стрелял из пулемёта, за что получил одобрение товарищей и похвалу командующего эскадрильей.

В сентябре 1941-го полк был переброшен на Ленинградский фронт: над городом Ленина нависла смертельная опасность. Бои достигли наивысшего напряжения. Фашистские войска замкнули с суши кольцо окружения Ленинграда, подошли к Пулковским высотам. В тяжёлые бои включились и лётчики 125-го полка.

Из воспоминаний Героя Советского Союза, бывшего командира полка генерала В.А. Сандалова: «Всем особенно запомнился день 6 ноября. Из донесений разведки командование фронта узнало о намерении фашистов сорвать празднование в Ленинграде годовщины Великого Октября. Гитлер отдал приказ 7 ноября бомбёжкой и артобстрелом превратить город в руины. Наш воздушный разведчик обнаружил два вражеских аэродрома с большим количеством бомбардировщиков. Командование решило опередить, перехитрить противника. Группу самолётов направили не прямо к цели через линию фронта, а в сторону Финского залива, потом повернули к берегу. Таким образом, оказались во вражеском тылу. Хитрость удалась: противник не ожидал удара из своего тыла. Пикировщики, в числе которых была машина Ивана Черных, спокойно вышли на цель и нанесли сокрушительный удар... 8 декабря наши части после тяжёлых боёв вернули Тихвин. Наступил перелом на Волховском участке».

16 декабря 1941 года воздушная разведка в районе станции Чудово обнаружила большое скопление вражеских войск. Они сосредоточивались для нового удара в северном направлении. Нужно было помешать осуществлению замыслов гитлеровцев. Командир полка майор А. Свинин приказал выполнить эту задачу двум экипажам: старшего лейтенанта Владимира Солдатова и младшего лейтенанта Ивана Черных.

Сержанту Назару Губину предстоял пятый боевой вылет. Серый декабрьский день на исходе. Тяжело нагруженные бомбардировщики поднялись с аэродрома. Перед станцией Чудово встретили стену огня зенитной артиллерии. Зенитки прикрывали вражескую колонну войск и техники, по которой и предстояло нанести удар...

Что было дальше, описывается в книге «Твои герои, Ленинград»: «Пытаясь отпугнуть советские самолёты, фашисты не жалели снарядов. Небо рябило от разрывов. Солдатов вдруг увидел, что машина его ведомого начала падать. Но уже в следующее мгновение падение прекратилось. Лётчик справился с управлением, но по крыльям бомбардировщика полз огонь. Иван Черных начал резко кренить самолёт. Сбить пламя не удалось. Оно упрямо подбиралось к моторам. Черных перестал бросать машину из стороны в сторону. Горящий бомбардировщик развернулся и, опередив ведущего, пошёл над дорогой, где вытянулась колонна немецких войск. Экипаж не собирался оставлять бомбардировщик. Можно было воспользоваться парашютами и выброситься из объятой огнём машины. Но никто из членов экипажа и не подумал об этом. Решение у экипажа созрело мгновенно – погибнуть, но не отступить. А горящий самолёт выходил на боевой курс. Чувствовалось, что лётчик с трудом управляет уже непослушной машиной. От фюзеляжа отделилась одна бомба, вторая, третья... Штурман Косинов так же, как и командир экипажа, несмотря на пожар, оставался на своём месте, бомбил. По струям трассирующих пуль было видно, что стрелок Губин поливает врагов свинцом. Выйдя из атаки, объятый пламенем бомбардировщик снова развернулся на дорогу, где в панике метались враги. «Зачем он снова заходит на цель? Бомб-то всё равно нет. Прицелившись в колонну автомобилей, горящий самолёт резко терял высоту. Так, строго выдерживая направление, он пикировал до тех пор, пока не врезался в самый центр автоколонны. Над дорогой взметнулось пламя взрыва».



Экипаж имел возможность отвернуть пылающую «пешку» в сторону и выброситься на парашютах, высота ещё позволяла. Но они приняли другое решение. Никто не знает, как они его обсуждали, о чём говорили и что решили тогда. Радио молчало, и командир группы Солдатов не слышал их голоса. Видимо, их мысли работали в одном направлении. Может быть, они вспомнили тот день, когда читали сообщение о подвиге Николая Гастелло. Каждый боевой лётчик примерял на себя подобную ситуацию, в которой оказался экипаж капитана Гастелло. Никто этого не знает. Фактом стало то, что все трое до последнего момента продолжали выполнять боевое задание. Простые советские парни нанесли последний удар по фашистским захватчикам и погибли смертью героев. Им было по 23 года.

Всем членам «огненного экипажа»: уроженцу Кемеровской области, лётчику, младшему лейтенанту Ивану Сергеевичу Черных, уроженцу деревни Белое Курской области, штурману, лейтенанту Семёну Кирилловичу Косинову и нашему земляку, стрелку-радисту Назару Петровичу Губину – 16 января 1942 года указом президиума Верховного Совета СССР посмертно присвоено высокое звание Героя Советского Союза.



Память о славных соколах живёт в народе. Их именами названы три улицы в Ленинграде, на каждой из которых есть мемориальная доска с таким содержанием: «Экипаж бомбардировщика под командованием Ивана Сергеевича Черных (родился в 1918 г.) и членами экипажа: штурманом Семёном Кирилловичем Косиновым (родился в 1917 г.) и стрелком-радистом Назаром Петровичем Губиным (родился в 1918 г.) в декабре 1941 года в районе города Чудова, выполняя боевое задание, повторил подвиг Гастелло, направив горящий самолёт в скопление вражеских танков и автомашин с пехотой. Именем Героя Советского Союза бесстрашного лётчика Губина Н.П. названа эта улица».

Такая же мемориальная доска есть и на двух других улицах с той разницей, что в последней строке обозначены имена Ивана Черных и Семёна Косинова. В городе Чудове Новгородской области, Колпине Ленинградской области тоже есть их имена в названиях улиц. На въезде в Чудово, на месте подвига, стоит обелиск. В 1971 году в честь 30-летия Победы министерство связи СССР выпустило почтовую марку с изображением геройского экипажа. Ленинградский судостроительный завод в июне 1968 года, построив новый теплоход-лесовоз, дал ему имя Назара Губина.


Выпускники Зоргопольской школы у памятника Назару Губину

Забайкалье тоже помнит и чтит своего героя. Бывший шахтёр Назар Губин был зачислен в бригаду Героя Социалистического труда Владимира Ивановича Ардина. Денежное содержание за выполнение и перевыполнение нормы выработки угля Н.П. Губина перечислялось на финансовый счёт Читинского детского дома. Ему было присвоено звание «Почётного шахтёра». В селе Зоргол, где он родился, стоит памятник Назару Губину, местной школе присвоено его имя. Улицы с именем Назара Петровича есть в Приаргунске и в Черновском районе Читы (в п. Восточный). Там же в его честь названа средняя школа №51, о чём говорит мемориальная доска на фасаде здания, а в вестибюле всех входящих встречает бюст Героя, подаренный шахтёрами в 1976 году. Ежегодно на улицах посёлка Восточный проводится эстафета памяти Героя Советского Союза Назара Губина.

Все материалы рубрики "Золотой фонд" Земли Даурской"

 


Людмила Арзамасцева
«Читинское обозрение»
№19 (1451) // 10.05.2017 г.

Вернуться на главную страницу

 

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).