Паря Вася и другие писатели Читы, которых я знал

Глава 4. Странник с берёзовым посохом


Часть I
Часть II
Часть III
Часть IV
Часть V
Часть VI


2 сентября – 72 года со дня рождения Михаила Вишнякова.

Это книга о забайкальских писателях. Автор – Александр Михайлович Алёшкин, краевед, журналист, литератор, кандидат исторических наук. Вот уже 40 лет он не живёт в Забайкалье, но наш край для него до сих пор родной. И люди, которые были рядом. Наверное, поэтому и получилась она, пока, правда, в рукописном варианте. Но это не мешает нам начать знакомить вас с её фрагментами и надеяться, что она всё же будет издана. А в том, что это надо сделать, нет никаких сомнений. Верим, что и вы будете считать так же, прикоснувшись к драгоценным воспоминаниям человека, искренне любящего Забайкалье.

Михаил Евсеевич Вишняков (02.09.1945, с. Сухайтуй Шилкинского района Читинской области – 05.07.2008, Чита).
Он оставил самый глубокий след в моей судьбе. Поэт божьей милостью. Философ. Патриот. Друг, каких поискать.


Мы познакомились с Вишняковым в Чите в конце 60-х. Мне было немного за 30, Мише – немного за 20. В юности это большая дистанция. Я был в дружбе за старшего, в «авторитете». Миша – соответственно – за младшего. Он смотрел на меня как бы снизу вверх, дорожа и гордясь дружеским расположением.

Разница между нами тогда была в самом деле велика. За моими плечами – Московский университет, факультет журналистики. У Миши – только школа. Заведую отделом культуры в газете «Забайкальский рабочий». Автор книги очерков «Золотые звёзды забайкальцев» – о земляках, Героях Советского Союза. Каждую неделю печатаю в газете воскресный фельетон, имею своих читателей, число которых множится. Работаю над документальной повестью «Иду за подвигом» – о Герое Советского Союза Иване Звереве.

Моему самолюбию всё это льстит. Упиваюсь «широкой известностью классика третьего домоуправления Читы». Льстит обожание молодого друга, парня, который пишет талантливые стихи. Они мне очень нравятся.

В мои служебные обязанности входит подготовка литературных полос и материалов для газеты. На этих страницах и появляются стихи Вишнякова. Миша счастлив. Тираж «Забайкалки» – свыше ста тысяч экземпляров, её выписывают и читают во всех уголках края. Вишняков становится известным всем забайкальцам, и это его радует.

Такая утилитарная трактовка нашей дружбы (мне нравится роль покровителя и мецената, Вишнякову – роль благодарного любимчика) справедлива, к счастью, лишь частично. Мы просто сдружились, как два близких по духу и по возрасту человека. Оба были «сдвинуты» на одном увлечении – шахматах. Много играли, за доской упражнялись в остроумии, «изничтожая» друг друга презрением за абсолютное непонимание законов древней игры. Это было любимое отдохновение от утомительной газетной подёнщины.

Помню наши совместные поездки тех лет по Забайкалью в составе писательских бригад. Читинский союз писателей организовывал бригады из нескольких человек (не только, конечно, поэтов, но и прозаиков), которые выезжали в самые отдалённые уголки. В 60-е в них уже включился и Миша, а я – как корреспондент «Забайкальского рабочего», который «освещал» в газете эти встречи.

В таких поездках мы особенно и сблизились с Мишей.

Очень скоро мне пришлось расстаться с греющей мою душу ролью старшего товарища-благодетеля. А Мише – с ролью младшего, начинающего поэта, благодарного своему покровителю.

Мы сравнялись в ремесле. Вскоре Миша стал работать корреспондентом областной молодёжной газеты, а потом на студии телевидения. Проявил себя как талантливый журналист, стал популярным. Мы стали коллегами и общались уже не только за шахматной доской, но и обменивались новостями, опытом. Вишняков вёл передачу «Сельский час», много мотался по области, его хорошо знали и любили телезрители, жители глубинки.

Плюс к этому, не выпрягаясь из тяжёлого воза телевизионного обозревателя, Вишняков поступил и окончил Литературный институт имени Горького! Некогда хвалёная моя карта – журфак МГУ – была бита козырным тузом, легендарной мастерской по огранке великих талантов, открытой в 30-х усилиями буревестника революции, основоположника метода социалистического реализма в литературе.

Вишняков принят в Союз писателей. Печатается в московских толстых литературных журналах, центральных газетах. Одна за другой выходят его книги – в Чите, Иркутске, Москве. Его имя становится известным и популярным в столице. Правление Союза писателей СССР, правление Союза писателей России включают его в представительные делегации для поездок на различные общественно-политические мероприятия в столицы союзных республик, признанные центры культуры Советского Союза. С чтением своих стихов на подмостки тысячных зрительных залов Вишняков поднимается вслед за кумирами 70-х – Евтушенко, Исаевым, Смеляковым, Ахмадулиной...

Вишняков вырос в большого, известного всей стране поэта.

Роли в нашем дружеском тандеме поменялись. Хотя он и был моложе меня на десять лет, теперь я признавал за ним пальму первенства. Он шёл первым номером, ведущим, я – за ним, ведомым.

И вот что не затуманило нашей дружбы: я искренне гордился и радовался его успехам на творческом поприще и говорил ему об этом при личном общении, а потом и в письмах. Я продолжал заниматься любимым делом – рылся в архивах, встречался и переписывался с сотнями ветеранов Отечественной войны, защитил в Иркутском университете диссертацию кандидата исторических наук. Понимал и понимаю: мои книги будут востребованы и в будущем – как документальные свидетельства дней минувших, как память о людях, чьи имена будут дороги читателям новых поколений. Но ведь это не художественное творчество!

А Вишняков – художник, творец. В своих стихах он запечатлевает образ Времени, он слышит биение сердца своего современника, чует его душу, поднимается до высокого, философского осмысления быстротекущей жизни...

Но даже не это было главным в наших отношениях – признание его огромного поэтического таланта, позволившего ему совершить настоящий творческий подвиг – сделать блистательное поэтическое переложение шедевра древней русской литературы – «Слова о полку Игореве».

Он был прямым, открытым, честным человеком, умел ценить дружбу, готов был прийти на помощь в трудную минуту. Был добродушен, ироничен, умел слушать иное мнение и уважать его, не терпел подлости и предательства, говорил людям в глаза о недостойных поступках.

Ценность настоящей дружбы, на которую был способен Вишняков, я ощутил в драматический для себя момент жизни: вероломного предательства бывших моих друзей – поэтов Ростислава Филиппова и Георгия Граубина. Верой и правдой прожив и честно проработав в Чите 17 лет, после скандала, к которому они приложили руку, я весной 77-го вынужден был покинуть Читу, уехал в неизвестность начинать, по сути, на пятом десятке лет жизнь с чистого листа на новом месте, оставив жену и дочь без денег и в полной неясности перспективы на будущее. Я переживал очень трудные несколько лет.

И в эти годы меня здорово поддержал Вишняков. Он писал мне в Орджоникидзе (Северную Осетию) письма, которые согревали меня и помогли преодолеть кризис, вернуться к нормальной жизни. И эта его поддержка определила потом сердечную глубину нашей 30-летней переписки. Мало того, Вишняков вскоре потом специально прилетел ко мне в Орджоникидзе (ныне Владикавказ) в гости.

Я работал заместителем редактора республиканской газеты «Социалистическая Осетия». Жизнь на новом месте наладилась вполне. Написал и издал пять книг. Удостоился звания заслуженного работника культуры республики. Избирался членом республиканского комитета народного контроля, членом горкома партии. Создал на общественных началах музей печати Северной Осетии, для которого выбил помещение, собрал с помощью коллег тысячи ценных документов, фотографий. Открытие его стало заметным событием в жизни республики.

И вдруг трагические события ноября 92-го – осетино-ингушская резня. Я тогда работал собственным корреспондентом по республикам Северного Кавказа от «Российской газеты». Её первым редактором и отцом-основателем был наш земляк, читинец Валентин Логунов.

В первый день вооружённого конфликта и кровопролития с обеих сторон я успел сделать два дела: передать в редакцию репортаж о боях в городе и спрятать в своей квартире ингушскую семью из трёх человек. Глава семьи, работник обкома партии, был моим соседом, мы ходили друг к другу в гости. И вот Марат попросил предоставить ему убежище. Мог ли я ему отказать?

Наутро в мою квартиру ворвались вооружённые осетины, провели обыск, перевернули в квартире всё вверх дном (искали оружие!), увезли в неизвестном направлении ингушскую семью, взяли в заложники и меня: за «предательство» (перешёл на сторону «врагов» – ингушей!). Ополченцы грозили поставить меня за это предательство к стенке.

Наутро моя газета вышла с сообщением на первой странице о том, что я взят в заложники.

«Российская газета», издание Верховного Совета России, имела в то время более чем миллионный тираж, издавалась и распространялась по всей России. Нет ничего удивительного в том, что об этом узнали и мои читинские друзья, и во Владикавказ из Читы пришла телеграмма, одна их бесценных реликвий в домашнем архиве: мои друзья – Вишняков, Кибирев, Куренной, Воинов писали: пусть жена Татьяна и дочь Лена приезжают в Читу, дадим кров в любой из наших семей.
Можно такое забыть? И не оценить?

Во второй раз судьба гнала меня и мою семью с насиженного места. Мы опять оказались беженцами, попали под каток бессмысленной и кровавой межнациональной резни. Вынужденно переехали в Москву. Работал в аппарате редакции «Российской газеты» редактором отдела, членом редколлегии. Первое время было не до личной переписки. Страшно бедствовали: всё, что нажили, осталось во Владикавказе. В зиму все остались без тёплой одежды, а денег не только на неё – на еду не было, жили, где придётся. Со временем всё как-то устаканилось. И году в 94-м вновь возобновилась заглохшая, было переписка с моим другом...


Часть VIII
Часть XIX


Все материалы рубрики "Читаем"

 


Александр Алёшкин
(г. Москва)

«Читинское обозрение»
№35 (1467) // 30.08.2017 г.


Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).