«Республика ШКИД» 90+50

Часть II


Часть I

Подсолнух с сотнями семян, тянущийся к свету знаний и доброты, – её герб. Юные бузовики – её население. Халдеи – правительство. В этом году ей исполнилось 90 лет, а её «кинохронике» будет 50 – ей, знаменитой и любимой многими поколениями «Республике ШКИД» – книге Г. Белых и Л. Пантелеева и фильму Геннадия Полоки.

Криминальные актёры

В декабре 1965 года на студии «Ленфильм» был закончен отбор актёров на главные и эпизодические «взрослые» роли, во главе которых стал Сергей Юрский – главный халдей Шкиды и её директор по совместительству, Виктор Николаевич Сорокин – Викниксор по-шкидски. 

И вот, наконец, для Геннадия Полоки пришла пора заняться самым сложным – отбором «социально-дефективных» – самих шкидцев. Здесь режиссёр-«беспризорник» выкинул такое, что было не слыхано и не видано во всём отечественном кинематографе: обратился не только к нормальным юным актёрам, имевшим опыт съёмок в кино, а также к новичкам, но и к преступникам! На яростный и резонный вопрос руководства студии: «Зачем?» Полока ответил: «А чтобы о воровстве актёры знали не по рассказам, всё ж будет натуральней смотреться...». И руководство согласилось. 

Ассистенты режиссёра и сам Полока, заручившись представителями ленинградского УВД, принялись «шерстить» приемники-распределители и колонии для малолетних преступников. Результаты творческого «шмона» стали успешными. Кроме десятка пацанов, которых приглашали на маленькие, эпизодические роли, съёмочная группа получила двух великолепных персонажей-актёров на заметные образы шкидцев. Первый: Воробей – Вячеслав Романов. Найден в исправительном заведении для подростков. Потомственный автомобильный вор. Второй – Лёнька Пантелеев – Артура Исаев. Чалился в колонии за избиение отца-тирана – начальника охраны одного из ленинградских Мелькомбинатов.

Всю образовавшуюся «кинобанду» впоследствии на съёмки привозили под конвоем и также увозили. Самым талантливым оказался Исаев, играл, по словам режиссёра «с нервом», пластикой. После съемок Георгий Товстоногов хотел его взять в Ленинградский театральный институт, где заведовал кафедрой, но у Исаева за спиной было лишь шесть классов, его бы не приняли...

Кино-шкидцы – любители и «профи»
Разумеется для съёмок «Шкиды» проходили отбор и «нормальные» юные кандидаты на роли «дефективных». Так, Купцом (он же Купа Купыч Гениальный) стал Юра Рычков. Парень приехал из Ярославля поступать в Ленинградский театральный институт на актёрский факультет, но временно попал прямиком в Шкиду (впоследствии в институт всё же поступил). Володя Колесников, игравший Павку Корчагина во Дворце пионеров, пришёл проситься на роль Пантелеева, но режиссёр отдал парню самый отрицательный персонаж шкидца – великого ростовщика Слаёнова, опутавшего хлебными долгами почти всю школу. Одним из старших и сильных шкидцев – Цыганом (он же Николай Громоносцев) стал Анатолий Подшивалов – самый талантливый, по мнению Полоки, молодой актёр.

Съёмки и 120 шпаргонцев
Съёмки начались в начале февраля 1966 года. Снимали в Ленинграде и его окрестностях. Интерьеры школы им. Достоевского были в основном специально построенной декорацией, а её внешний вид был натуральным – группа нашла подходящее старое строение с сопутствующим двориком на окраине города. Но что самое интересное – настоящее задание Шкиды, описываемое в книге Г. Белых и Л. Пантелеева, отлично сохранилось и по сегодняшний день (см. фото). Съёмки велись быстро и с большим энтузиазмом. Тяжелей всего было конечно Геннадию Полоке, поскольку кроме творческого процесса ему приходилось заниматься и наблюдательно-воспитательным процессом – в юной актёрской команде насчитывалось более 120 юных шпаргонцев.

Растолмач со шкидского: Шпаргонец – мелкая шпана, уличный беспризорник, (или «дефективный» воспитанник) – любящий побузить, хулиганисто «пошутить», стянуть, что плохо лежит и т.д. как «законопослушных», так и натурально «криминальных» всегда желающих выкинуть какую-либо «шалость». 

Полоковская шантрапа
Первым отличился Воробей – Славка Романов. «Урка» стащил здоровенный револьвер (тот, из которого пытался в фильме «грохнуть» Викниксора) и отправился в одном из перерывов домой, чтобы напугать родную бабушку, которая держала ещё до ареста любимого внучка в ежовых рукавицах. Наставил он на бабулю оружие и бабахнул над её головой. Далее произошло почти как в фильме – доблестная старушка схватила внучка за загривок, всыпала ремня и увезла вместе с оружием... на «Ленфильм», сдала под подписку режиссёру. Этим же револьвером произошёл ещё один «криминал» – юные киношпаргонцы вновь упёрли «волыну» и похряли…

«Растолмач» со шкидского: Хряить – идти, идите. Похряли - пошли

…при её помощи грабануть магазин! Наряду милиции они объяснили, что являются киноартистами и ограбили магазин «в качестве репетиции». Ситуацию спасло только покровительство «шефов» из вышестоящих правоохранительных органов, а режиссёр пригрозил, что «выпрет любого вон, если такая буза повторится».

В другой раз, по причине «технической любознательности», кто-то из «шикдцев» перерезал центральный кабель звукозаписи «Ленфильма». Остановился процесс озвучания 16 фильмов. Рассвирепевшие режиссёры и «звукари» грозили «полоковской шантрапе» «вышкой» и отрывом некоторых важных органов человеческого тела, но, видимо, вспомнив о любимой всеми книге, быстро остыли. Хватало и случаев мелкого воровства. Впрочем, что исчезало и терялось на студии во время съёмок «Республики» – всё автоматически приписывалось «шкидовцам».

Вдохновлённые «пятой точкой»
Что же касается отношений юных актёров с Полокой, то они доверяли ему во всём и всегда находили общий язык в процессе съёмок. Однажды потребовалось снять сцену, где шкидовцы украли котёл со щами и должны были при этом весело смеяться. «Камера, мотор! Съёмка...». Дубль, другой, третий, четвёртый. Смеха нет. Киношники начали травить анекдоты. Ещё дубль, другой. Не смеются пацаны и всё тут. Тогда режиссёр незаметно дал приказ оператору, затем сурово сдвинув брови, решительно залез на стол, стянул брюки и показал мрачным «шкидовцам» свою «пятую точку». Дикого «ржания» хватило аж до следующего дня. Смехоприём, несмотря на некоторую грубость, сработал на «отлично» – кадр был снят.

Табурет «не шали!»
В картине хватает погонь, потасовок, драк. Некоторые кадры этих сцен впечатляют: шкидовцы, ещё не ставшие таковыми (а потом и ставшие), энергично тузят друг друга по полной, летают головой вперёд и «пятой точкой» назад, жёстко падают с ремонтных лесов, попадают под банку с краской и т.д. В общем, вся шатия-братия чинит перворазрядную бузу не хуже героев зубодробильных боевиков и вестернов. Все трюки ребята выполняли сами! За всё время съёмок не было ни одной серьёзной травмы, за исключением нескольких шишек и синяков. Серьёзно пострадал лишь взрослый халдей Костец (Косталмед) – актёр Павел Луспекаев, будущий Верещагин из «Белого солнца пустыни». В одной из сцен великой бузы, когда Шкида протестовала против увольнения халдея Палвана (тот, что пел: «Не женитесь на курсистках – они толсты, как сосиски...»), на голову Косталмеда из-за двери шкидец Цыган обрушивал табурет. Усатый халдей-амбал невозмутимо поворачивался к обалдевшему бузотёру и спокойно говорил: «Не шали!». Табурет был специально подготовлен для трюка и, когда надо, разваливался на части. В очередном дубле произошло непредвиденное – стул оказался целым! Актёр нашёл в себе силы сказать: «Не шали!» и рухнул на пол. Луспекаев получил сотрясение мозга, попал в больницу... выписался спустя пару недель.

«Шкида» на «полке»
Съёмки фильма завершились в конце августа 1966 года. Отснятого материала получилась так много, что Полока решил смонтировать двухсерийную картину, но руководство студии посчитало, что для детского фильма это много, тем более что требовалось дополнительное финансирование на некоторые досъёмки, монтаж и запись звука. Режиссёру было отказано. Готовая односерийная картина какое-то время пролежала «на полке» – не хотели пускать в прокат. Одной из причин, видимо, была «эстетизация романтики беспризорщины, изобилие драк, педагогические просчёты и ошибки воспитателей» и т.д. То же относилось, судя по всему, и к некоторым песням («Не женитесь на курсистках…», «По приютам я с детства скитался», «С Достоевского ухрял…»). Так, знаменитую «жалистную» песню Мамочки «У кошки четыре ноги» изрядно сократили. Текст в полной варианте был следующим:

А у кошки четыре ноги,
Позади у неё длинный хвост,
Но трогать её не моги
За её малый рост, малый рост…


Припев:
А ты не бей, не бей кота по пузе,
Кота по пузе трогать не моги.
А ты не бей, не бей кота по пузе
И мокрым полотенцем не моги.


II
А кошку обидеть легко
Утюгом её между ушей,
И не будет лакать молоко,
И не будет ловить мышей.


Пр.

III
А у ней голубые глаза,
На ресницах застыла слеза –
это ты наступил ей на хвост
Несмотря на её малый рост…


О Руси толстозадой
«Республика» так бы и пролежала «на полке» неизвестно сколько, но благодаря вмешательству Союза кинематографистов картину запустили в прокат в декабре 1966 года. Незадолго до этого Геннадий Полока вдруг узнал, что без его ведома и без того укороченную версию картины урезали ещё. Была удалена «убойная» сцена, где шкидовцы ставили поэму А. Блока «12» (о самодеятельной театральной постановке упоминается в фильме): Иисуса играл Гога, священника – сам Викнинксор. На словах про Русь толстозадую, Гога задирал юбку, а под ней, на штанах, в которые для «толстозадного» реализма была натолкана вата, было написано кривыми буквами: Русь. Была также удалена сцена, где великий ростовщик Слаёнов устраивает грандиозный пир в ресторане. Хронометраж прокатной версии «Республики ШКИД» из 1 часа 50 минут ужался до 1 часа 43 минут. Спустя год после проката режиссёру (и студии «Ленфильм») работники Центрального телевидения СССР предложили продать полную версию фильма для показа по ТВ. Счастливый Полока помчался за удалёнными эпизодами в монтажный цех студии, а плёнки к тому времени уже... уничтожили.

Триумф, слава и амнистия
С первых же дней проката картина «Республика ШКИД» собирала в кинотеатрах страны аншлаги. Только за первые десять дней детище Геннадия Полоки увидело более 17 миллионов зрителей. Для Сергея Юрского этот фильм стал поистине звёздным – он сразу попал в актёрскую элиту СССР. Мамочку, Гогу, Цыгана, Янкеля, Пантелея, Купца узнавали на улицах, зрители, юные и не очень, не давали прохода ребятам и просили автографы. Мамочку – Сашу Кавалерова – ещё и спеть «жалистную» песню «про кошку, у которой четыре ноги». Вскоре после выхода «Республики» почти всех осуждённых, что принимали участие в съёмках, были амнистированы или условно-досрочно освобождены.

P.S. Через 15 лет после триумфа «Шкиды» Полока вновь обратился к теме школы 1920-х годов и «сверхреволюционных», непримиримых учащихся. Правда не беспризорников, а «обычных» школьников. Кое-кто условно называл новый трёхсерийный фильм режиссёра «ШКИДа-2», но у полюбившегося миллионам зрителей минисериала было своё название «Наше призвание» (1981). Помните словечки: «шкрабы», «шкрабиловка», похожие, как в Шкиде сокращённые имена и фамилии преподавателей: Сервентун, Михгав, Кларпетка, Аляква и т.д.? Это оттуда.

Все материалы рубрики "Синескоп"

 


Сергей Балахнин,
режиссёр, киновед

Иллюстрации автора

«Читинское обозрение»
№38 (1418) // 21.09.2016 г.


Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).