Руины здравоохранения

О том, почему «детям войны» пора помирать


Эту заметку я пишу в назидание тем, кому за 80 лет и с кем бывают частенько различные болезненные приступы. «Скорую помощь» вы можете вызвать, но, как правило, приезжают врачи, которые кроме тонометра и аппарата ЭКГ ничем помочь не могут. Это как вызванный сантехник без инструмента. Но даже если вас и в больницу свезут, это не значит, что возьмутся и вылечат.

Неделю температура моего тела колеблется от 38 до 39 градусов. Вызываю участкового врача из железнодорожной поликлиники. Вежливый врач прибыл до обеда, прослушал и написал направление в стационар железнодорожной больницы с подозрением на пневмонию. Быстро собираюсь, вызываю такси, которое, оказывается, может довезти только до проходной (дальше ковыляй пешком). Не узнавая территории больницы (все деревья вырублены, стоят только фонарные столбы, кругом одни автомобили), понимаю: в этой больнице я не был порядка трёх лет. 

Саму больницу я тоже не узнал, хотя ранее дважды в год лечился в ней. Сюда меня доставляли с тремя инфарктами в разное время. Так как клиника железнодорожная, в ней всё из железа: стулья, лифты, стойки для медсестёр, перила – всё из нержавейки. И койки в коридорах. Убогость и блеск соседствуют рядом. 

В палаты не заглядывал, потому что после четырёхчасового ожидания (за это время мне сделали ЭКГ и флюорографию). Дежурная врач сказала, что сегодня мест нет. В направлении на госпитализацию участкового врача написала, что сможет принять меня только 2 июня, а направление было 21 мая. Я спрашиваю: «А до 2 июня я дотяну?». Промолчал дежурный врач. По существу, нарушен закон об оказании медицинской помощи, и я бы мог подать в суд на врача. Даже если я и выиграл бы его, то обокрал бы нищего доктора, который получает чуть больше моего пенсиона. 

А больница-то на самом деле забита до отказа. А почему? По всей железной дороге на крупных станциях, не говоря о мелких, позакрывали больницы, и горемык-пациентов вынуждены отправлять в краевой центр. Вот и нет мест...

Ещё был случай. Месяца два назад во время музыкальной репетиции на квартире у товарища у меня вдруг прихватило сердце. В компании был даже доктор. Уложил на диван, дал таблетку под язык, «пошаманил» надо мной и говорит: надо «скорую». Скорая, надо признать, пришла быстро. Сняли ЭКГ, померили давление и увезли в «клиничку». Там меня вновь «прокрутили» (а дело было в 2 часа ночи) и спросили, есть ли у меня сто рублей на такси. Сказали, что инфаркта нет, и мест в больнице тоже нет. Вызвали такси. Сижу и чувствую, что всё вокруг поплыло. Обращаюсь в приёмном покое к медработникам: «Ребята, мне плохо». Померили давление – за 200. Такси прибывшее отменяют. Шофёр нещадно матерится. И вызывают почему-то скорую, которая меня доставляет в первую городскую больницу. Там меня снова «прокручивают», и уже в пятом часу утра спрашивают, есть ли у меня сто рублей. Прихватили ещё бабулю, у которой не оказалось этих пресловутых рубликов, отправили нас домой. 

Уже в машине на мои сетования по поводу медицины таксист, который работает только ночью, сказал, что десятками развозит стариков из больниц...

Так вот, судиться я буду не с врачом, а с президентом, который развёл эту банду получающих миллионные зарплаты. Речь не только о здравоохранении. Во всех сферах развал. Ракеты, на которые уходят миллиарды, падают, не долетая до цели. Заводы и фабрики в руинах. Последний лес сгорает. А «детям войны» остаётся одно: помирать.

Все материалы рубрикики "Трибуна"

В.В. Бухвалов,
инвалид I группы, бывший железнодорожник,
отдавший магистрали 
40 лет своей жизни
Иллюстрация Ольга Громова

«Читинское Обозрение»
№24 (1352) // 17.06.2015 г.

Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).