А в Каменке поют соловьи...

Женщины помогли декабристам выстоять и вместе с ними вошли в историю


Сегодня она получила письмо из дома. Уже прочла, поплакала. Теперь нужно отнести его, чтоб прочитал он. Пусть узнает сегодня о детях, доме, родных. Он встречает её. Они поднимаются от каземата по тропке к большому камню (это их скамья), садятся, она прижимается к его плечу. Он читает, она слушает то, о чём писали их дети. Когда есть возможность, они приходят сюда. Вспоминают свою жизнь, ведь она разделилась на «до» изгнания в Читинский острог и «после» – жизнь в остроге. А что ещё их ждёт, какое оно, будущее этой семьи? Но они всё выдержат, им поможет их Любовь.

Василий Львович Давыдов родился в семье киевских дворян. Его отец, Лев Денисович, происходил из древнейшего рода Давыдовых. Мать, Екатерина Николаевна – племянница князя Потёмкина-Таврического, была женщиной сильного характера и большого влияния в обществе. Мать и отец владели многими имениями. Семья жила в Москве, на лето выезжая в Каменку. Приезжал в Каменку и А.С. Пушкин. В имении часто собирались члены тайного общества, обсуждая план вооружённого восстания.

Дворянин и сиротка
Мать Давыдова то ли по доброте сердечной, то ли в память об умерших детях, взяла на воспитание девочку-сиротку, дочь скончавшегося надворного советника Ивана Потапова. Тогда девочке было четыре года и звали малышку Сашенькой. Она часто вспоминала свою первую встречу с Василием Львовичем, запомнившуюся на всю жизнь. Жаркий летний день, Сашенька играет в саду, наигравшись, она бежит в дом. Вбегает в большой полукруглый зал с колоннами и… видит стройного мальчика с вьющимися тёмными волосами. Это было лето 1808 года. Прошли годы, меняя жизнь жителей Каменки. Произошли изменения и в личной жизни Давыдова. На его глазах выросла и похорошела Сашенька. Держалась она с подкупающей простотой и скромностью. Её доверчивый взгляд карих глаз проникал в самую душу. Увидев Давыдова, она потеряла себя – сразу и навсегда. В 1819 году, без официального оформления брака, молодые люди стали мужем и женой. Мать Давыдова не одобрила выбор сына и согласия на брак не дала. Василий Львович предложил обвенчаться тайно, но Александра Ивановна это предложение не приняла, чтобы не быть неблагодарной своей покровительнице. Лишь после смерти Екатерины Николаевны, после положенного трауру срока, брак был узаконен. К этому времени в семье Давыдовых уже было шестеро детей. Была весна, когда они обвенчались. Месяц – май. Май 1825 года.

Дамская улица
За участие в тайном обществе Василий Давыдов в январе 1826 года был осуждён к тринадцати годам каторжных работ. Сразу после отправки Давыдова на каторгу Александра Ивановна стала добиваться разрешения следовать за мужем в Сибирь. Решиться на такой шаг ей было непросто, так как предстояло оставить в России малолетних детей. «Саша моя, всю жизнь мою сейчас готов отдать с радостью,.. чтобы тебя и детей прижать к моему сердцу… приезжай же, друг мой, ты, которую я люблю всеми силами души моей…». Она читает, вновь перечитывает эти строки. Самая длинная дорога в Сибирь, и этой дорогой Александра Ивановна спешит к мужу. И вот его мечта осуществилась. Саша, его любимая Сашенька, преодолевая все трудности, едет к нему. К сожалению, детей Давыдов не обнимет и не увидит. Только на портретах можно увидеть их лица. Но его Сашенька поддержит его, принесёт с собой утешение и даже счастье. Приезд женщин был лучом света не только для их мужей, но и для всех несчастных узников. Их окружили лаской и заботой. Они делились последним, шли на помощь больным. В пустынной и безрадостной Сибири женщины похоронили свою молодость, свои лучшие годы. Их влекли в Сибирь любовь и долг. Женщины помогли декабристам выстоять и вместе с ними вошли в историю, в нашу память. В суровом Забайкалье осознаёшь величие подвига юных, нежных, мужественных женщин.

Была такая улица Читы,
Непышная, негромкая – не царская,
Там, на окраине, у городской черты,
Она именовалась странно:
Дамская…

                                                  Гущин

На этой улице стояли дома жён декабристов. Недалеко от церкви был дом, где с детьми жила Давыдова. С первых же дней пребывания в Чите Александра Ивановна активно включилась в обыденную жизнь жён декабристов. За многих писала письма родным и близким. Иногда не оставалось времени, чтобы написать своим детям и родным. Она хлопотала о присылке книг и других необходимых вещей не только для себя и мужа, но и для других. Преподавала в школе для крестьянских детей, которую организовали декабристы. Её день, как и у остальных женщин, был заполнен до предела. Она вела очень скромный образ жизни, не выказывала никаких желаний. На людях она всегда выглядела спокойной, жизнерадостной. А дома? Тихо, почти незаметно для окружающих исполняла она свой долг жены и матери: воспитывала детей (их в Сибири в семье Давыдовых родилось семеро). С приездом в Сибирь их отношения с мужем стали ещё сердечнее. Василия Львовича переполняло чувство благодарности к жене.

И всё же в её глазах была затаённая грусть. Особенно трудно было по ночам. Мысленно она обнимала, ласкала, тысячи раз целовала своих оставленных детей и плакала. Александра Ивановна верила, что настанет время, и она встретится с родными. Может, эта вера и помогла ей вынести всё.

Тюрьма и поселение
Известие о предстоящем переезде в Петровский Завод привело женщин в смятение. А каково там будет? Не станет ли хуже, чем здесь? Начинать нужно всё сначала. В Петровском Заводе жёны декабристов жили вместе с мужьями в тюремных камерах. Когда Александра Ивановна, впервые переступив порог тюрьмы, вошла в номер мужа, она остановилась у двери камеры, словно застыла. Сердце замерло, слёзы потекли из глаз. Давыдов пытался её успокоить: «Прошу тебя, не плачь, любовь моя, я не вынесу твоих страданий». Шли дни… Женщины привыкали к условиям Петровского Завода. Для себя они сняли квартиры, налаживался быт. Наконец, закончился срок каторги. Давыдовы готовились ехать на поселение. Александре Ивановне было 37 лет. Седые волосы, заметные морщины. «…Если бы кто из знакомых наших в России увидел нас,.. то уж, верно бы, не узнал…». Давыдовы нуждались материально, но Александра Ивановна умела скрывать свои беды.

На поселении Давыдовы жили в Красноярске, почти 16 лет. Александра Ивановна открыла школу у себя дома. В этой школе учились не только дети Давыдовых, но и их приятели. На поселении Давыдов поддерживал постоянную переписку со своими детьми, живущими в России. Его письма всегда были полны нежности, ласки, заботы. А между строк таилась тревога за их судьбу, чувство вины за то, что растут без родительского тепла и опеки, печаль и тоска, и над всем этим – безграничная родительская любовь. Может быть, самым большим талантом Давыдова был талант семьянина? Вместе с женой они совершили чудо – заочно породнили своих российских и сибирских детей. Возбудили в их сердцах привязанность к родителям и друг другу. Дали детям отличное образование.

Какая встреча!
Годы шли… Прибавлялась седина, появлялись новые морщины, да и болезни о себе напоминали. Дети взрослели. Дочери Лиза и Катя надумали приехать в Сибирь, но родители отговаривали их от этого шага. Когда в 1825 году Давыдов в последний раз виделся со своей семьёй, Кате было три года, а Лизе – два. Теперь его дочери взрослые. Кате почти 30, а Лизе 29. Какие они, как произойдёт встреча?

Слёзы радости, объятия, первые вопросы и ответы. Прошло первое волнение, наступило время обстоятельного разговора. Дочери остались жить у родителей в Красноярске. Пётр Давыдов женился на Лизе Трубецкой. Уехал на Кавказ «читинский» сын Василий, вернулся с молодой женой. Старшая дочь Маша, их первенец, вышла замуж, ждала малыша. Родители ждали известия, и оно пришло – Маша скончалась при родах. Закончив учёбу, поручик Люблинского егерского полка Иван Давыдов выехал к месту службы и.. не приехал. Поиски не дали результата. Судьба его осталась неизвестной. От всех переживаний Давыдов занемог. Более трёх суток он не приходил в себя. Александра Ивановна верила – муж победит своё недомогание. Её вера помогла ему. Судьба Ивана, смерть дочери сломили этого мужественного человека. Оправиться окончательно от этих ударов он не смог. У Давыдова была одна заветная мечта: побывать на родине, в его родной Каменке. Где он был молод, где он встретил Сашеньку, где родилась их любовь. Увидеть своих друзей. Хотя бы немного пожить там в окружении всех его детей и близких. Ей не суждено было сбыться. Каторга, ссылка, вечные недостатки и заботы об огромной семье, тоска по детям, оставленным в России, болезни, страх за здоровье и жизнь жены в тридцатилетнем изгнании сделали своё дело – сломили мощный организм и гусарский дух декабриста. Амнистия для семьи Давыдовых пришла с опозданием. 25 октября 1855 года Василий Львович умер, ему было 62 года. Погребён на Троицком кладбище Красноярска, навсегда оставшись в суровом краю.

Свобода!
26 августа 1856 года объявлено о помиловании декабристов. Через 30 лет это свершилось! Вот она – Свобода! Александра Ивановна получила разрешение на выезд из Сибири. Поставив на последние сбережения памятник на могиле мужа, она выехала с «сибирскими» детьми в родовое имение Каменка. И вот они дома! Все радостно встретили вернувшуюся мать и своих новых братьев и сестёр. Скорбели, что рядом нет Василия Львовича. Да и Каменка, где прошла молодость Александры Ивановны, была уже не та, здесь шла новая жизнь. Последние 40 лет своей жизни Александра Ивановна живёт в Каменке, окружённая любовью и почитанием детей, внуков и правнуков. Давыдова, единственная из жён декабристов, кому удалось вырастить всех детей, родившихся в ссылке. Частым гостем в семидесятых и восьмидесятых годах XIX века в Каменке был композитор П.И. Чайковский (его сестра была замужем за сыном Давыдовых). Она рассказывала ему о декабристах, о своей молодости, Пушкине, о каторге. Чайковский говорил: «Не нарадуешься, когда смотришь на эту 80-летнюю старушку, добрую, живую, полную сил».

В Каменке всё так же пели соловьи, созревали яблоки, падая на траву. Александра Ивановна прожила долгую жизнь – 93 года! Маленькая, хрупкая, тихая, но волевая женщина. Скончалась тихо, без страданий. Пообедала у себя в комнате, прилегла на кушетку и уснула… Уснула вечным сном.

Заканчивался XIX век, который записал на свои страницы подвиг её мужа и её подвиг. Приближался ХХ век, до которого она не доживёт каких-то пять лет.

На фото: Александра Ивановна и Василий Львович Давыдовы, акварель Бестужева, 1830-е гг.


Все материалы рубрики "Страницы истории"

 

Галина Клейнос
«Читинское обозрение»
№8 (1596) // 19.02.2020 г. 



Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).