Пересменок ценою в жизнь

У пациента инфаркт, а врач отправляет его в другую больницу


В редакцию обратились родные и близкие Ивана Хохляка. Его жизнь оборвалась 16 января мгновенно и нелепо. Врачи, видимо, могли спасти, но… даже не попытались.

16 января друзья Ивана Лариса и Сергей вспоминают как страшный сон. В 06.53 Ларису разбудил звонок телефона. На том конце Иван жаловался на жгучую боль в сердце:

– Так печёт за грудиной, что в пот бросает! Нет сил терпеть! Что мне делать? В какую больницу ехать?

У Ларисы сон как рукой сняло. Медсестра с более чем 20-летним стажем начала соображать, как помочь другу.

– Где ты? Какой сегодня день недели? (счастливые отпускники дней недели не наблюдают).

– Вторник, я за рулём, еду по Новобульварной, – услышала ответ в трубке.

– Тогда скорее поезжай в первую городскую. Срочно нужно делать ЭКГ. Как бы не инфаркт, – сообразила женщина, точно зная, что вторник – дежурный день для городской больницы.

Тут же набрала супруга:

– Серёжа, Ивану плохо. Сердце. Поезжай в городскую больницу, побудь с ним, пока его не примут.

В приёмном покое нежданного пациента встретили с прохладцей. Молодой врач его приняла, измерила давление, сделала кардиограмму. Вот только ничего кроме высокого давления не увидела, а жалобы пациента на жгучую боль в сердце оставила без внимания. Дала препарат от давления и отправила в краевую клиническую больницу, так как до вступления горбольницы в дежурство оставалось ещё 40 минут.

Лариса, постоянно держащая телефонную связь с Иваном, недоумевала, как можно отправить пациента с такой жалобой самостоятельно добираться до другой больницы.

– Жгучая боль в сердце – первый признак инфаркта, – говорит медик со стажем. – Врач первым делом должна уложить пациента и дать препарат, а она даже не удосужилась второй раз перемерить давление, удостовериться, снизилось ли оно после принятой таблетки. Я по телефону спрашиваю врача: «Пациент стабилен? Он – за рулём. Сможет самостоятельно добраться до клинической больницы?». Она меня успокоила, что у него гипертонический криз, на ЭКГ инфаркта нет. Он сам быстрее доберётся. Я засомневалась в её словах. Попросила вызвать бригаду скорой помощи, чтобы его госпитализировали. Но врач ответила, что идёт пересменок, скорую ждать 40 минут, а там уже и горбольница примет дежурство.

Мужчины вышли из городской больницы, Ивану легче не стало. Он шёл тяжело, держась за сердце. Но жизнелюб и балагур не переставал улыбаться. Сел в свою машину, Сергей – в свою. На Баргузинском кольце друг заметил, что машина Ивана съезжает к обочине, а сам он заваливается набок. Сергей ударил по тормозам, включил аварийку и бегом к иномарке Ивана. Друг уже был без сознания.

Лариса по телефону, как могла, руководила мужем:

– Срочно откинь спинку сиденья, уложи его прямо, расстегни воротник, поверни голову набок.

Но друг не реагировал.

Сергей остановил проезжающую машину ППС. Полицейские вызвали бригаду скорой. Прибывшие на место врачи уже ничем не смогли помочь, лишь констатировали смерть.

Иван Хохляк приехал в Забайкалье на заработки из далёкой Украины, да так и остался после распада Советского Союза в Чите. Встретил свою судьбу Светлану, у них появилась доченька Вика. Как родную принял и искренне любил старшую дочь Светы. В свои 58 лет отличался крепким здоровьем, не увлекался спиртным, два года назад бросил курить. Ликвидатор аварии на Чернобыльской АЭС по врачам, правда, ходить не любил.

Уже какую неделю родные и друзья ищут причины столь скоропостижной смерти. Светлана подала заявление в краевую прокуратуру, Росздравнадзор, министерство здравоохранения, обратилась к главному врачу городской больницы с просьбой провести служебное расследование и выяснить причину халатности подчинённой. В справке, выданной судебно-медицинской экспертизой, причиной смерти назван инфаркт миокарда, а не гипертонический криз.

В краевом минздраве случай не комментируют, ссылаясь на «медицинскую тайну и неоконченное расследование». Но и без него понятно: пациент мог сейчас быть жив, если бы не врачебное невнимание и… пересменок в дежурстве больниц. В медицинских кругах этот период называют «волшебным» временем, когда те, кто уходит, уже ни за что не отвечают, а те, кто приходит на смену, не отвечают ещё. Получается, и за смерть в пересменок никто не в ответе?

Все материалы рубрики "Задело"

 


Ольга Стракович
Фото из архива семьи
«Читинское обозрение»
№11 (1495) // 14.03.2018 г.


Вернуться на главную страницу

 

Обсуждение
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).