Главная / Страницы истории / Дай оглянуться – там мои могилы…
Дай оглянуться – там мои могилы…
Кому мешает память о Владимире Подгорбунском


Обычно «ЧО» не перепечатывает материалы других СМИ, но этот случай – особенный. Разрешение на его публикацию мы получили у газеты «Аргументы недели», в которой он вышел в августе 2017-го. Тираж этой уважаемой федеральной газеты в Чите до того мал, что берём на себя право познакомить вас с этим материалом сами. Именем героя Подгорбунского названа улица в Чите. Это наш земляк, память о котором мы обязаны хранить прежде всех остальных в этом мире.

Дай оглянуться –
там мои могилы,
Разведка боем,
молодость моя!

Илья Эренбург

Как известно, в Польше принят закон о запрете пропаганды коммунизма. В частности, местным властям он даёт право сносить памятники, имеющие, по выражению главы польского МИДа В. Ващиковского, «знаки советского доминирования»: красные звёзды, серп и молот… Но речь, как правило, идёт о мемориальных досках, монументах, обелисках в честь советских воинов, павших в Великую Отечественную на польской земле. У российской стороны это вызвало законное возмущение.

О «советской пропаганде»
Безвозвратные потери Красной армии при освобождении Польши – 600 212 человек.

Когда звучат слова «советское доминирование», «коммунистическая символика», подразумеваются коварные большевики, продолжившие царскую политику угнетения свободолюбивой Польши. Но павшие в 1944-м советские солдаты меньше всего думали о польских проблемах. Был враг, схватка с ним продолжалась на здешней земле. Люди сложили головы, в их честь были воздвигнуты памятники с сообразной той эпохе символикой. Трогать эти памятники сейчас под предлогом, что символика «не та», – дело постыдное.

Герой Советского Союза Владимир Подгорбунский – один из 600 212 погибших на территории нынешней Польши.

36 лет тюрьмы
По логике Владимир Подгорбунский должен входить в пантеон наших великих национальных героев, имена которых знает каждый. Но… Нет, имя его не забыто – но и не восславлено особо. Анкета подкачала?

Он родился в 1916-м в Чите в семье учителей. В Гражданскую отца, красного партизана, расстреляли белые. Потом скончалась мать. Мальца определили в детский дом – увы, мало похожий на знаменитые «республику ШКИД» или «детколонию Макаренко».

Через много лет в беседах с членом Военного совета 1-й гвардейской танковой армии генерал-лейтенантом Н. Попелем Володя (Подгорбунский себя именовал только так, и другим предлагал звать его Володей) вспоминал: «В нашем детдоме «Привет красным борцам» воровать научиться было легче, чем письму и чтению. На день триста граммов черняшки, тарелка кондёра. А на рынках – молоко, сметана, мёд, кедровые орешки… К 19 годам я имел 36 лет заключения. Количество приводов учёту не поддаётся…». Посмеиваясь, добавлял, вспоминая прошлое: «Против советской власти я ничего не имел, выступал лишь против личной собственности, обычно в мягких вагонах черноморского направления».

Насчёт «36 лет заключения» – явно бравировал. Всё же по законодательству больший срок поглощает меньший. Но что сидел – факт. И побеги из мест заключения утяжеляли наказание. 1937 год тоже встретил в лагере. Но уже крутилась в голове мысль, что глупо прожить жизнь по принципу «вышел – украл – сел». У «социально близких» зэков-уголовников был шанс досрочно освободиться «по зачётам». Стал ударно трудиться: «Вкалывал за двоих, и считали мне день за три». А тут ещё и неожиданная (или закономерная?) встреча. Ведь 1937-й – разгар репрессий! В лагере судьба свела Подгорбунского с «политическим», который некогда, как и отец Володи, партизанил на Дальнем Востоке. Сдружились. «Мудрый был старик. Когда умирал, взял с меня слово, что стану порядочным человеком. Написал я письмо Калинину. От него – запрос в лагерь». В общем после личного вмешательства «всесоюзного старосты» Подгорбунского освободили.

С блатной карьерой было покончено. Вскоре после выхода на волю Володю призвали. Служил в танкистах, получил воинскую специальность механика-водителя. К 1941-му работал на фабрике в Иваново. А дальше – война.

«Газет я не читаю…»
Сначала он попал в пехоту. И выяснилось: у человека – врождённый солдатский талант. Подгорбунский начал воевать с ходу, умело и удачливо, будто для того и родился. Строчки из наградных документов говорят за себя: «подбил танк», «взял ручной пулемёт у убитого красноармейца и огнём рассеял до взвода вражеской пехоты»… В нещедрое на награды лето 1942-го уже имел медаль «За отвагу». 

Тогда же он подал заявление в партию. Хотя честно признавался: «Газет я не читаю, международное положение чувствую сердцем…». Скорее, как и для большинства фронтовиков, партбилет стал знаком единения с судьбой страны в трудный для неё час.

Убыль в командных кадрах была велика, вскоре Володе присвоили первое офицерское звание. Летом 1943-го он попросился в разведку.

Особый шик
К тому времени уже служил в 1-й механизированной бригаде 1-й гвардейской танковой армии генерал-лейтенанта М. Катукова – будущего маршала бронетанковых войск. Вообще же дрался на Калининском, Брянском, Воронежском и Первом Украинском фронтах.

О Подгорбунском сохранилось немало мемуарных свидетельств – человек яркий, он запоминался каждому, с кем сталкивался (потому у нас сейчас есть возможность приводить запомнившиеся разным людям его характерные фразы и словечки). Рассказывать о его подвигах можно долго. В справке сказано об операции по взятию Казатина. Но похожих историй множество! Подгорбунский был легендой 1-й танковой армии, его называли «гением разведки», об этом старшем лейтенанте знало всё командование. Катуков, когда требовалось, вызывал Володю к себе – и даже не приказывал, а просто беседовал, ставя очередную, казалось бы, невыполнимую задачу. Замкомандарма полковник П. Дынер (они с Подгорбунским как-то провели уникальную операцию по эвакуации из-под носа у противника наших стоявших на нейтральной полосе подбитых, но ремонтопригодных танков) разводил руками: «Чудо, да и только. По запаху определяет, есть немцы поблизости или нет!».

Звёздный час Володи Подгорбунского

Звёздный час Владимира Подгорбунского – операция по освобождению г. Казатин Винницкой области, важного железнодорожного узла. В ночь с 27 на 28 декабря 1943 г. разведгруппа Подгорбунского при поддержке сапёров (всего 29 человек) на броне двух Т-34 неожиданно ворвалась в город, обойдя его с тыла. Пронесясь по улицам, уничтожила восемь орудий и два взвода пехоты, посеяла панику среди немецкого гарнизона и выскочила на привокзальную площадь. Сапёры подорвали выходные стрелки – это парализовало станцию. Танки расстреляли стоявший под погрузкой эшелон противника, в том числе вагон со штабом немецкой дивизии. На путях застрял готовый к отправке состав с военнопленными и людьми, угонявшимися в Германию. Лишь к 10 часам утра немцы смогли кое-как организовать сопротивление. Но в город уже входили наши части.

«С точки зрения элементарных тактических расчётов – задача для двух танков и небольшой группы автоматчиков непосильная, – рассказывал тогда известному журналисту-«правдисту» Ю. Жукову командир бригады полковник Ф. Липатенков. – И всё-таки это реальность. Подсчитано и удостоверено…».

За взятие Казатина Подгорбунский получил звание Героя Советского Союза.

Воевал Володя с каким-то особым шиком – это порождало легенды, не на пустом месте, однако, появлявшиеся.

Вот его разведгруппа врывается в немецкий блиндаж. Двух немецких офицеров бесшумно кончают финками, третьего скрутили, заткнули рот. Всё? Но в углу играет патефон – немцы слушали, Володя хладнокровно запускает пластинку снова.

А его залихватская манера вопреки всем мыслимым нормам не сдавать награды, уходя за линию фронта? Зато однажды именно на этом и сыграл: скинув маскхалат, внезапно во всём их блеске показался перед немцами, те попытались захватить нахала – и сами нарвались на засаду разведгруппы.

Давно завязавший с блатным прошлым, Подгорбунский, однако, не скрывал его. Более того, доказывал: профессия разведчика сродни профессии вора – тоже, дескать, требует смётки, реакции, наблюдательности. Н. Попель как-то оказался свидетелем его занятий с бойцами. Произнося положенное «я тогда был тёмный и несознательный, врагу своему не пожелаю воровской жизни», Володя припомнил случай: одна гражданочка в поезде сильно боялась за чемодан, и, когда легла спать, ноги положила на него. Подгорбунский на соседней полке делал вид, что спит. Дождавшись, когда соседка заснула, бесшумно подошёл к ней, двумя руками осторожно приподнял её ноги, а чемодан вытащил за ручку зубами. Потом «медленно, очень медленно» опустил ноги спящей на полку. Велел одному из бойцов лечь на траву и наглядно продемонстрировал, что такое «медленно, очень медленно». Резюмировал: «От страха и сверхбдительности люди дуреют», это, мол, и можно использовать, надо лишь проявить терпение. «Разведчик без терпения – как сосиска без горчицы».

С «гением разведки» как-то пожелал встретиться член Военного совета фронта Н. Хрущёв. Подгорбунский никогда ни перед кем не заискивал, перед Никитой Сергеевичем тоже держался в своей обычной манере. Но тот проявил житейскую мудрость: «Блатная накипь постепенно сойдёт, пустяки… А человек незаурядный».

Гибель
Погиб он уже гвардии капитаном в Польше 19 августа 1944 года. На Сандомирском плацдарме сложилась тяжёлая ситуация: надо было восстановить связь между разрозненными подразделениями, начальство вспомнило о «гении разведки». А тот лежал в госпитале после тяжёлой контузии и был уже комиссован. К тому же недавно женился – на Анечке Беляковой из стоявшего рядом банно-прачечного отряда. Разведчики приехали в госпиталь с подложной справкой, дававшей возможность выйти. Анна Константиновна Подгорбунская потом вспоминала: муж сказал, что, если она хочет, чтобы остался, – он останется. Но она ему такого сказать не могла…

Бронетранспортёр разведгруппы во время поиска попал в засаду. Раненый, обгоревший командир прикрывал отход товарищей…

Его изуродовало осколками, и тело опознали потом по Звезде Героя.

Ныне Володя покоится в Сандомире в братской могиле №218. Польские власти подчёркивают: воинских захоронений закон о декоммунизации не касается, они защищены международными соглашениями. Но память наших павших уже потревожена.

Хотя, повторим, Володя Подгорбунский и такие, как он, Польше ничего плохого не желали – и не сделали. Лишь погибли здесь – кстати, в борьбе с общим врагом.

Все материалы рубрики "Страницы истории"

Семён Экшут
«Аргументы недели»,
№33 от 24.08.2017 г.

Вернуться на главную страницу

0 комментариев

Еще новости
8 (3022) 32-01-71
32-56-01
© 2014-2022 Читинское обозрение. Разработано в Zab-Net