Главная / Авторы / Денис Приходько / Как я на войну попал
Как я на войну попал
Своими воспоминаниями с читателями поделились участники афганских событий


15 февраля исполняется 30 лет со дня вывода советских войск из Афганистана.

Булат Алексеевич Доржиев – полковник внутренней службы в отставке, член совета общественной организации ветеранов УМВД России по г. Чите, член совета Забайкальского краевого отделения всероссийской организации ветеранов «Боевое братство».


Булат Алексеевич Доржиев

«У меня было совершенно стандартное советское детство. Родился в 1960 году в селе Новотроицк Читинского района. В 6 классе с родителями переехал в Читу, где закончил 42 школу. С выбором будущей профессии немного поторопился, как, наверное, многие в семнадцать лет. Поступил в политен, но тяга к математике и прочим точным наукам во мне так и не проснулась. Единственное, что удерживало в институте, – это возможность играть в футбол, команда была хорошая. Однако долго это продолжаться не могло, через полтора года я одумался и забрал документы. Дальше опять всё по стандарту – повестка в военкомат и срочная служба в армии. Попал в образцовую «учебку» в Подмосковье. Готовили нас серьёзно, иногда было чувство, что я служу в роте почётного караула, а не в химвойсках. Особенно запомнилась строевая подготовка. Днём так маршировали, что потом всю ночь пятки горели. Через полгода получил сержанта. Для дальнейшего прохождения службы меня отправили в Казахстан в химвойска, там раньше располагался Среднеазиатский военный округ.

В часть прибыл 28 октября 1979 года. Доверили мне командовать отделением. В конце декабря 79 года началась отправка советских войск в Афганистан. Можно сказать, я оказался среди первых.

Хорошо помню, как узнал о том, что меня направят в Афганистан. Это было в январе 1980. Сижу в столовой, обедаю, вдруг замкомандира полка ко мне подходит и прямо в лоб спрашивает: «Сержант, в Афганистан служить поедешь?». Я сразу согласился, потому что это была не служба, а тоска голимая. Уставал больше морально, чем физически. Куда ни взгляни кругом – бескрайние степи казахские, со всех четырёх сторон света, постоянно ветер холодный, дом далеко. Там даже в самоволку никто не ходил, просто некуда.

В день отъезда всех, кто согласился – двоих сержантов и семнадцать рядовых – посадили в тентованный ЗИЛ-157 и отправили в Целиноград, ныне Астана. Всю дорогу холод был страшный, пока до аэропорта доехали, чуть не замёрз насмерть, несмотря на то, что я коренной сибиряк. С Целинограда до Усть-Каменогорска уже самолётом летели. Потом в составе воинского эшелона в узбекский город Термез, приграничный с Афганистаном. Запомнились одноколейная железная дорога, полустанки с полуразрушенными хибарами, как в фильмах про басмачей.

В Термезе была организована временная база, туда свозили солдат со всего Союза, на смену «партизанам» или «запасникам», которых вызвали для переподготовки. Они первыми вошли в Афганистан и уже возвращались. Срочников скопилось очень много. Периодически приезжали «покупатели» – офицеры боевых частей, они отбирали солдат. Особым спросом пользовались танкисты, водители, десантники, а вот химиков никто брать не хотел. Так продолжалось очень долго, уже и в караул начал ходить по местному гарнизону. Неопределённость и ожидание хуже всего. И вот в один из дней всех построили на огромном плацу, и очередной покупатель спросил, есть ли среди нас добровольцы. Все химики, как один, вышли из строя. А дальше ИЛ-76 и Кандагар. Никаких сомнений в правильности решения не было. Да и могли ли быть сомнения у девятнадцатилетнего, молодого парня.


Булат Доржиев в 1980 году в Афганистане​

Никакой подготовки толком не было, даже не объясняли, куда и зачем отправили. Уже там, на месте, небольшая лекция об особенностях климата и местных традициях, куча прививок и – в бой. Да и времени особо на подготовку не было.

О том, что было дальше, я не люблю рассказывать. Скажу одно: никаких подвигов не совершал, обычная служба старшим сержантом. Служил я в 70 отдельной гвардейской дважды Краснознамённой орденов Богдана Хмельницкого и Михаила Кутузова второй степени мотострелковой бригаде – с февраля 1980 по май 1981 года. Закончилась срочная служба, остаться мне не предложили. Помню, как домой летел на самолёте. Погрузили в самолёт 150 человек, и когда шасси оторвались от земли, все громко, облегчённо выдохнули, причём одновременно, не сговариваясь – «УХ!».

После возвращения из Афганистана дальнейшая судьба сложилась хорошо, грех жаловаться. Ещё там, в Кандагаре, с товарищем ели из одного котелка и мечтали, как вместе будем поступать в военное училище, но дальше дело не пошло. Хотя для себя твёрдо решил продолжить образование. На этот раз выбрал гуманитарное направление. В 1986 году окончил педагогический институт, историко-филологический факультет. Недолго работал в школе учителем, но опять же вовремя понял, что это не моё. Выбрал для себя настоящую мужскую работу – устроился околоточным, то есть участковым в милицию. Отвечал за Железнодорожный район. Этот выбор оказался самым правильным в моей жизни, о нём я ни разу не пожалел. В 1996 году – Высшая школа МВД в Иркутске. Прошёл путь от старшины до полковника. Часто вспоминаю «учебку» в Подмосковье и Афган, именно там я усвоил, что главное в любом деле – дисциплина, порядочность и ответственность».

Геннадий Леонидович Щукин – ветеран управления ФСБ России по Забайкальскому краю, подполковник в отставке, председатель городского совета ветеранов войн.


Геннадий Леонидович Щукин

«Я коренной забайкалец, родился в 1946 году в селе Александровский Завод Читинской области. Сначала окончил сельскохозяйственный техникум, потом Иркутский государственный университет по специальности «правоведение». С 1970 по 1975 годы находился на комсомольской работе, был вторым секретарём Забайкальского райкома ВЛКСМ. В 1975 году по комсомольской путёвке меня направили на работу в органы КГБ. Начинал оперуполномоченным в Могочинском районе, дослужился до замначальника районного отдела.

В 1980 году меня вызвали в Читу в отдел кадров и сказали: «Товарищ старший лейтенант, есть предложение направить вас в Москву на учёбу в высшую школу КГБ СССР с изучением персидского языка – фарси, с последующей командировкой в Афганистан». Я согласился, потому что люблю всё новое: новые впечатления, знания. Хотя у меня на тот момент уже была семья, двое детей – сын и дочка. Два года они со мной в Москве жили. Потом они в Читу вернулись, а я в Афганистан. Улетал с тяжёлым сердцем, хорошо помню, как плакала дочка. Когда прилетели в Афган, первое, что я увидел – наши десантники идут по взлётной полосе к самолёту. Мы прилетели им на смену. Самый счастливый, запоминающийся день, связанный с этими событиями, был в 1984 году, когда я вернулся домой.


Геннадий Щукин и местные жители

Первые наши ребята вошли в Афганистан сходу, а второй поток готовили основательно. Я, например, два года изучал историю, традиции, язык, обычаи, чётко знал задачи, которые предстоит решать.

После курсов меня направили в провинцию Фарах на должность заместителя командира опергруппы. Там была более сложная обстановка, и там была моя первая боевая операция. Оставшиеся полтора года работал в провинции Нимроз, это граница с Ираном. Я был старшим офицером связи, руководителем опергруппы. Там, к счастью, обошлось без жертв даже со стороны афганцев – ни один сотрудник ХАДа не погиб. ХАД – это служба безопасности демократической республики Афганистан, они с нами активно сотрудничали. Раненые были, одному афганскому солдату даже ногу оторвало взрывом мины. В тех местах советских войск не было, только ограниченный контингент – аппарат советников да афганские пограничники и милиционеры. Основная задача была: общими усилиями с правительством провинции и губернатором возвращать людей из Ирана. Когда начался ввод советских войск в Афганистан, поработала пропаганда: дескать, русские идут убивать всех мусульман. И многие бежали целыми кишлаками в Иран. Наша цель была их вернуть. И люди возвращались, задача была выполнена.


ХАДовцы и Г. Щукин

Второй задачей была работа с бандформированиями, убеждали тех, кто взял в руки оружие, вернуться к мирной жизни. Разные ситуации бывали. Например, два брата. Один возглавлял банду, а другой – офицер царандоя (народной милиции). Организовали встречу и уговорили Валидота (так звали брата-бандита) сдать оружие. Он потом стал для меня настоящим другом, работал начальником местного КПЗ – тюрьмы.

Старались поддерживать мирную обстановку, без общевойсковых операций, организовывали переговоры с вооружёнными бандами, убеждали перейти на сторону правительства. Сначала собирали информацию: кто командир, откуда приходили люди, кто финансирует, есть ли родственники, через которых можно наладить контакт. Потом решали вопросы на личной встрече. Переговорный процесс сложный. В соседней провинции Гильменде делегация переговорщиков была убита. Нужно было очень хорошо оценивать обстановку. В работе мне очень помогло знание языка. С переводчиком – это не беседа. А когда разговариваешь по душам, это другое дело. Тех, кто не соглашался, мы нейтрализовывали или вытесняли за пределы провинции.


На берегу реки Гильмендт. Геннадий Щукин разговаривает со старейшиной кишлака

Сейчас в Сирии наши военные переговорщики действуют по той же схеме, что мы тогда в Афганистане. Она хорошо себя зарекомендовала.

Опыт, полученный в Афгане, мне очень пригодился в мирной жизни. Быстро оценивать ситуацию, принимать решения, видеть людей, интуитивно чувствовать, что они из себя представляют.

После возвращения ещё десять лет проработал в КГБ, потом в ФСБ – до 1994 года. В моей судьбе было два Афганистана – один настоящий, второй – Петровск-Забайкальск в 90-е годы. Если бы я не справился со своей задачей, жители не избрали бы меня на следующий срок. В обоих случаях обстановка была боевая, на мне лежала большая ответственность перед людьми, а рядом была хорошая команда. Мы справились с задачей все вместе.

Всем ребятам, которые были в Афганистане, я хочу сказать: стыдиться нам нечего, мы были там не зря, мы выполняли миссию добра. А то, что там сегодня творится – это зло».

Все материалы рубрики "Люди родного города"
 

Подготовил Денис Приходько
Фото автора и из личных архивов
Б. Доржиева и Г. Щукина

«Читинское обозрение»
№7 (1543) // 13.02.2019 г.



Вернуться на главную страницу

0 комментариев

Еще новости
8 (3022) 32-01-71
32-56-01
© 2014-2022 Читинское обозрение. Разработано в Zab-Net