Главная / Авторы / Читатели «ЧО» / Мой старший брат
Мой старший брат


До войны всё село звало его почтенно Мишка-Гук

Вот уже более полусотни лет висит в спальне над самой моей головой портрет старшего любимого брата Михаила. Громко сказано: «Портрет», просто увеличенная фотокарточка на паспорт. Коротко остриженный, в простой хлопчатобумажной рубашке и таком же помятом пиджачке. Других фотографий не осталось. Ложась спать, я каждый вечер долго смотрю на эту фотографию и стараюсь понять, каким он был, что за характер у него, почему ему одному из нашей семьи досталась такая доля – погибнуть на войне… 

Многие миллионы советских людей сложили головы в жестокой схватке с проклятым фашизмом. Вот и мой брат Михаил отдал свою жизнь на поле брани.

Уже в свои 17 лет он был авторитетом для нашей большой семьи, для молодёжи всего села Гора Шелопугинского района. Несмотря на небольшой рост, он был крепко сложенным, мускулистым, был особенно ловок в деревенской вольной борьбе, поэтому на селе его звали Мишка-Гук. Учился он в Шелопугинской школе, хорошо рисовал, был редактором школьной стенгазеты, увлекался спортом, сдал все нормы на значок БГТО и ГТО (были такие значки отличия для молодёжи; мы готовилась к труду и обороне).

Накануне войны колхоз выделил дом для устройства сельского клуба. Молодёжь оборудовала сцену, сделала скамейки. Жизнь шла своим чередом.

Но пришла беда. В октябре 1938 года арестовали отца. Вечером в субботу, когда вся семья была в сборе – ужинали, в избу вошли два милиционера, а с ними дядя Андрей – старший брат нашего отца Никиты Порфирьевича. Произвели обыск, изъяли документы и обоих братьев как «врагов народа» увели в райцентр. Отец был безграмотный, но слыл хорошим работником в колхозе – ударником труда. Дядя Андрей прошёл Первую мировую войну, партизанил до окончания Гражданской войны.

После ареста отца Михаилу пришлось бросить учёбу. Он остался старшим в семье, а нас было семь человек. В ту же зиму с такими же ребятами колхозом был направлен в Могочинский район на заготовку леса.

В следующем году Михаила призвали в армию. Служил на Дальнем Востоке в Советской Гавани в 894-м стрелковом полку 211-й стрелковой дивизии сапёром. Получали от него частые письма. У него был каллиграфический почерк. В одном письме он сообщил, что ему присвоено звание ефрейтора. В то время в армии это было почётное звание среди солдат.

Отец через девять месяцев был освобождён. Он вернулся худой, измождённый. Все обвинения были сняты, а дядя Андрей так и сгинул в лагерях.

Началась война, отца мобилизовали. На фронт он не попал и в 1945 году был демобилизован. А вот часть, где служил Михаил, уже в 1942 году прибыла на фронт. Он сообщал нам, что воюет, бьёт гитлеровских захватчиков, что на личном счету уже семь фашистов. Это для одного бойца немало. Подробности он, разумеется, не сообщал.

В июле 1943 года мы получили письмо его товарища, в котором он сообщал, что Михаил был тяжело ранен и скончался в медико-санитарном батальоне. 

Я долго размышлял… Видимо, его сапёрный взвод был при полковой разведке. Разведчики идут в поиск тогда, когда сделаны проходы в проволочных заграждениях, разминированы пути на нейтральной полосе. При разминировании нередки случаи, когда сталкиваешься с врагом. Стрелять нельзя, можно загубить всю операцию. Тут уже в ход идут кулаки, ножи, сапёрная лопата, тут нужна недюжинная сила и сноровка…

Михаила похоронили в селе Южные Турьи Троснянского района Курской (ныне – Орловской) области.

В ноябре 1943-го очередь дошла и до нас, 17-летних пацанов. Служил я вначале в 386-м запасном полку в знаменитом Дацане, затем в 21-й артиллерийской батарее. В этом же году нас перебазировали в Иркутскую область, а там – маршевым батальоном на фронт. Воевал на Первом Украинском фронте наводчиком станкового пулемёта. Победу встретил на границе Германии и Чехословакии. По окончании войны нас, молодых солдат из 21-й армии, сформировали в маршевый полк, из Германии мы прошли всю Чехословакию и прибыли в Венгрию под г. Будапешт (800 км). Там стояла 25-я парашютно-десантная бригада, которая понесла большие потери при взятии Вены. Затем в конце 1945 года выехали в СССР. В общей сложности прослужил в армии семь лет. Из них пять лет – в ВДВ. В октябре 1950 года демобилизовался. Сейчас мне идёт девятый десяток лет…

 

Пётр Никитович Федотов,
участник войны, г. Чита
«Читинское обозрение»
№13 (1341) // 01.04.2015 г.

Вернуться на главную страницу

0 комментариев

Еще новости
8 (3022) 32-01-71
32-56-01
© 2014-2022 Читинское обозрение. Разработано в Zab-Net