С новым... газом?

   - Владимир Салихович, где и кто уже начал исследовать наши недра?
 
   – Существует соглашение между правительством Забайкальского края в лице министерства природных ресурсов и промышленной политики, институтом нефтегазовой геологии и геофизики (ИННГ) СО РАН (Новосибирск) и ЗабГУ. В этом документе говорится об исследовании впадин Забайкалья на предмет нефтегазоносности. Большую роль в этом сыграл директор новосибирского института Михаил Иванович Эпов, наш земляк. Он поддержал инициативу ЗабГУ исследования впадин. Началось изучение строения впадины комплек- сом инновационных геофизических методов для оценки углеводородного потенциала.
 
   - Почему именно Ононская впадина?
 
   – Впадины Забайкалья изучаются на нефтегазоносность ещё с 30-х годов прошлого столетия, но вопрос о наличии промышленных скоплений не решён до сих пор. Хотя реальные признаки имеются, и прежде всего в Ононской впадине, куда, собственно, и высадился «десант». Во впадине установлено наличие битуминозных сланцев, а это говорит о наличии нефти. По оценке тех годов прогнозные ресурсы – 10 миллионов тонн нефти в районе Мангутской впадины. И ещё около 12 – в северо-западной её части. Сегодня исследуется Нарасунская впадина, как менее изученная ранее. Работы закончатся в первом квартале этого года.
 
   - В чём заключается исследование?
 
   – Это ноу-хау, совместная разработка ИННГ и ЗАО НПП ГУ «Луч», представляет который главный геолог Денис Викторович Напреев. Ответственным исполнителем от института является Владимир Оленченко. Новинка заключается в том, что на данные электроразведки накладываются данные геохимии и, прежде всего, сведения о наличии в пробах нефтяных углеводородов бензольного ряда (бензол и его гомологи – толуол, ксилолы, включая этилбензол), которые являются прямым поисковым признаком на наличие нефтяных залежей. Предусматривается выявление разрывных нарушений и глубины залегания кровли кристаллического фундамента, а также разрывных нарушений в нём. Во всех нефтегазоносных провинциях все промышленные углеводородные проявления связаны с активностью геологической среды. Такая активность заметно проявлена в Ононской приразломной впадине, которая размещена в зоне влияния глубинного (мантийного) Онон-Туринского разлома. Он является восточной границей активной геодинамической структуры «Вебирс», протягивающейся на северо-восток вплоть до Арктического побережья. В центральной части Ононской впадины обращает на себя внимание интересная секущеразломная структура северозападного простирания. Это геоблоковая зона повышенной магмофлюидопроницаемости кристаллического фундамента, находящей отражение в чехле впадины. А геодинамическая обстановка – «давление плюс сдвиг» – одна из наиболее благоприятных для образования углеводородного сырья.
 
   - С обнаружением месторождений газа и нефти мы сможем обеспечить только себя или можем экспортировать сырьё в другие регионы?
 
   – Ожидать крупных и уникальных объектов углеводородного сырья в Ононской впадине не приходится, но возможны малые объекты, которые способны обеспечить газовым и нефтяным сырьём местные территории (Акшинский и Кыринский районы). Весь разрез мезозоя впадины, включая породы фундамента, буквально нашпигован битумоидами, которые вполне успешно можно использовать в качестве сырья для сланцевой технологии.
 
   - Получается, что запасы газа там совсем небольшие?
 
   – Да. А вот крупные и весьма серьёзные газовые объекты связаны со впадинами Байкальского типа. В Забайкалье это Чарская впадина. Угольный метан, имеющийся на Апсатском месторождении, особенно на дне Чарской котловины, вполне может обеспечить всё возрастающие потребности севера Забайкалья (с надежой на работу будущего Удоканского горнопромышленного комплекса) в газовой энергетике. Газового сырья здесь хватит и на соседние территории – Бурятию и Амурскую область. Природный или угольный метан как экологически более чистое сырьё со временем будет более востребован по сравнению с нефтью. А из газа можно получить все продукты нефтехимии, включая высокооктановый бензин.
 
   - Значит, газ и нефть в Забайкалье всё-таки есть. Зачем тогда наш губернатор предлагает тянуть трубу от газопровода «Сила Сибири»?
 
   – Этот утопический проект предполагает строительство газотранспортной системы от Сковородино (точнее – ответвление от проектируемого газопровода «Сила Сибири») протяжённостью 1300 км до Читы, а далее до Улан-Удэ. Проект вряд ли будет осуществлён в силу высокой стоимости. Да и нужен ли он Забайкалью? Проведём трубу – угольные месторождения надо будет закрывать. Тот же Харанор. Куда девать угольщиков? Ведь если перевести на газ вместо угля тепловые станции и теплоэнергетику, угольные разрезы придётся сокращать или ликвидировать, как было в Якутии и на Дальнем Востоке. С вводом в действие газопровода Сахалин – Комсомольск-на-Амуре – Хабаровск – Владивосток поставки угля из Забайкалья на восток прекратились.
 
   - Допустим, провели до Читы трубу. А как же, например, Краснокаменск, Акша и другие населённые пункты – без газа останутся?
 
   – Интересный метод разработан в Институте проблем нефти и газа РАН (Москва), о котором сообщил академик Анатолий Дмитриевский (директор института). Предлагается перевозить газ в цистернах в сжатом виде с использованием сорбентов-накопителей с высокой сорбционной ёмкостью. В качестве накопителей метана предлагается использовать новые формы углерода: фуллерены, нанотрубки и нановолокно, но стоимость их высока. Такая транспортировка газа выгодна на расстоянии от 500 до 2000 км. Цистерны можно возить по железной дороге, по автодорогам.
 
   - Тогда какова же судьба нашей некогда процветающей угольной промышленности?
 
   – На забайкальских угольных месторождениях целесообразно проводить газификацию угля не подземную, а в газогенераторах различных систем, в которых горючая часть угля полностью переходит в газ. О таком способе говорил ещё Дмитрий Менделеев. И это экономически выгодно. Стоит отметить, что при освоении минерального и энергетического комплекса России и Забайкалья мы заботимся о поставках сырья за рубеж, о своих потребностях не задумываемся. Яркий пример тому – законсервированный Жирекен. Мировые цены на молибден начали колебаться – две тысячи человек остались без работы. Снизились цены на уран – ППГХО (Краснокаменск) впал в уныние.
 
   - Так значит можно добывать газ из угля?
 
   – И не только! Нельзя игнорировать гидрогенизацию угля – получение «угольной нефти». Жидкое топливо можно получить так: сначала уголь газифицируют, а полученный газ сжижают в присутствии катализаторов. Из такой нефти можно получить бензин. Известно, что воздушная армия Гитлера летала в начале войны на дизтопливе, полученном из угля. Сейчас разра- батывается бионефть. Первый в мире завод по её производству появился в Финляндии. Бионефть там добывают из древесины, из щепы. Сколько у нас опилок кругом навалено Необязательно из недр земли качать нефть. Её можно добыть из кукурузы, из рапса.
 
   - Выходит, что ставку пока надо делать на бурый и каменный уголь, которого в Забайкалье много?
 
   – Это наша надежда. Мы себя можем обеспечить энергией. Угольную энергетику Забайкалья следует постепенно перевести от прямого сжигания на более цивилизованные и экологически чистые технологии. А на централизованную газификацию уповать не стоит.
 
   - Есть ли у нас первые шаги в этом направлении?
 
   – Будущее энергетики и благосостояния Забайкалья – за ископаемым углём. Становится всё актуальнее задача по созданию высокопродуктивных углеперерабатывающих технологий с полным комплексным использованием всего энергетического и химического потенциала углей, чему отвечает термохимический способ углепереработки – газификация и гидрогенизация угля (теперь уже и совместная технология).
   Начало этому в Забайкалье положено. Обсуждаются перспективы строительства завода по переработке местного угля в дизельное топливо на базе производственной площадки краснокаменского ППГХО. Привлекаются крупнейшие китайские компании, которые успешно освоили эту технологию. Подписан протокол с китайской делегацией: стороны намерены построить крупнейшее предприятие углехимической промышленности в нашем крае. Заключение договора на разработку предварительного технико-экономического обоснования намечено уже на февраль.
 
Беседовала Ольга ЧЕУЗОВА
 
«ЧО» №2 (1330)
14.01.2015 г.

 

Кроме Ононской впадины, активная геологическая среда фиксируется и в Читино-Ингодинской впадине, в районе Улётовского выступа, являющегося частью флексурного перегиба впадины. Активность земных недр, их дыхание подтверждается здесь и аномальными, повышенными температурами в селе Улёты и всём Улётовском районе по сравнению с окружающими районами.


 

 
Обсуждение
Ленчик 10:46 16.01.2015
А это не сланцевый газ,который как в Америке добывают,химию в землю а газ на верх???
Читинское обозрение 08:21 29.01.2015
Здравствуйте, уважаемый Ленчик! В данном случае процесс превращения угля в газ происходит под землёй: угольный пласт горит, а продуктом его горения является газ, который выводится через скважину на поверхность.
Оставить комментарии

Имя:*

E-mail:

* - поля, обязательные для заполнения

Ваши комментарии:*

НЕ ПРОПУСКАЮТСЯ:
оскорбления, маты, обвинения в преступлениях и право- нарушениях, подробности личной жизни (журналистов, авторов, героев публикаций).
ДЛЯ СВЯЗИ
c редакцией можно указать свой телефон, email (эта информация не публикуется).